wrapper

Новости - слайдер на главной

Актуальное интервью

Готов ли мировой калийный рынок помочь Беларуси решить свои "сальдовые" проблемы

28-12-01Беларусь форсированными темпами, уже в 2012 году, рассчитывает выйти на положительное сальдо внешней торговли. По оценкам экспертов, решить задачу можно только за счет традиционных, проверенных экспортных козырей. Но опыт последних лет показывает, что на мировых рынках за фантастическим взлетом цен часто следуют болезненные падения. О том, какие настроения складываются на мировом калийном рынке, есть ли потенциал роста цен и ждать ли вторую волну кризиса в интервью порталу TUT.BY рассказал генеральный директор ЗАО "Белорусская калийная компания", эксклюзивного экспортера удобрений "Уралкалия" и "Беларуськалия" Владимир Николаенко.

- Беларусь начала несколько проектов по наращиванию мощностей по выпуску калийных удобрений в стране. А насколько это сейчас и в перспективе необходимо на мировом рынке? Есть ли на рынке дефицит предложения?

- Наш прогноз по объему потребления калийных удобрений на мировом рынке в 2012 году – порядка 58 млн тонн. Это соответствует уровню этого года, при том, что большинство производителей в 2011 году работали практически со 100% загрузкой своих производственных мощностей, так что говорить о снижении спроса на продукцию пока не приходится.

- Уже при подписании соглашения о строительстве калийного комбината компанией Михаила Гуцериева , он заявил, что продажа калия с нового производства будет осуществляться только через Белорусскую калийную компанию – а для вас принципиально остаться монополистом?

- Что касается реализации на экспорт продукции "Славкалия" Михаила Гуцериева - давайте вначале дождемся завершения проекта по вводу в эксплуатацию его мощностей.

Мы работаем на мировом рынке калия и никак не отождествляем свое положение на нем со словом "монополия". Это скорее лидерская позиция - позиция компании с многолетним опытом работы, прозрачной схемой дистрибуции и сложившимися хорошими партнерскими отношениями с покупателями.

- Анонсировалось, что с 2012 года через БКК пойдут и основные объемы экспорта "Сильвинита". Начали ли уже работать с продукцией "Сильвинита"?

- Мы приветствуем любые позитивные изменения, которые происходят у наших акционеров и можем с уверенностью утверждать, что сможем реализовать на экспорт всю продукцию, которую ОАО "Уралкалий" и ОАО "Беларуськалий" смогут произвести для этих целей. С "Сильвинитом" работать не начали, поскольку такой компании уже не существует.

- Как поменяется доля БКК в мировом экспорте? Даст ли это какие-то преимущества на рынке?

- Что касается нашей доли на рынке: до объединения "Уралкалия" и "Сильвинита" она была более 30%, сейчас превышает 42%. Преимуществ у лидера рынка более чем достаточно, но вместе с тем это накладывает на компанию и определенные обязательства, например по удержанию этой позиции.

- БКК несколько раз в этом году объявляла о повышении цен, в том числе на ключевых рынках, но сейчас многие экономисты говорят о второй волне кризиса. Что будет с объемами и ценами на калийном рынке? Какие из ключевых рынков БКК эта волна может зацепить?

- При благоприятных условиях развития рынка в ближайшей перспективе мы можем уверенно говорить как минимум о сохранении текущего уровня цен на калийные удобрения, но не исключаем и их роста. В то же время не стоит забывать о факторах, которые могут оказать негативное влияние на ценообразование: европейский кризис, снижение цен на сельхозпродукцию и т д.

- В июле этого года истек срок действия антидемпинговых мер в отношении поставок хлористого калия белорусского и российского производства в страны ЕС. Какие возможности это открывает перед БКК?

- Мы и раньше поставляли в Европу удобрения российского и белорусского производства, так что европейские покупатели смогли по достоинству оценить и качество самой продукции, и эффективность схемы дистрибуции и уровень сопровождения сделок. Мы очень рады тому, что решение Евросоюза об отмене антидемпинговых мер позволит нам вести добросовестную конкуренцию с коллегами по рынку, реализующими аналогичную продукцию в этом регионе.

- Только в текущем году президент Беларуси уже дважды принимал с докладами ответственных должностных лиц по вопросам производства и сбыта калийных удобрений, и пресс-служба главы государства озвучила, что "был дан ряд конкретных поручений, касающихся отдельных проблем в работе Белорусской калийной компании и "Беларуськалия". Ставилась задача достичь "большей эффективности и согласованности действий". Удалось ли решить эти "отдельные проблемы"?

- Проблем не бывает у того, кто ничего не делает. ЗАО "БКК" привыкло доказывать эффективность своей работы фактическими результатами. Так, уходящий 2011 год стал рекордным годом в деятельности компании, в частности, товара производства ОАО "Беларуськалий" будет экспортировано порядка 7,7 млн тонн на сумму более 3,2 млрд долларов. Рекордным годом до этого был 2007-й, когда мы отгрузили 7,2 млн тонн. Выручка за 2011 год выросла по сравнению с 2010 годом в 1,6 раза - более чем на 1 млрд долларов, средняя цена реализации выросла более чем на 120 долларов за тонну.

 

Автор: Ольга Лойко

Источник:  TUT.BY

 


Read more...

Кухаревич: Откуда у Белстата такая средняя зарплата

01-12-01Даже в кризис заработки по данным Белстат растут. А люди, наоборот, возмущаются, что жить все тяжелее и тяжелее . О том, как считают содержимое кошельков белорусов и почему средняя зарплата по стране очень часто кажется нам слишком высокой, мы поговорили с заместителем председателя Национального статистического комитета Еленой Кухаревич.

Всякий раз, когда на страницах «Комсомолки» печатаются данные о зарплате, мы получаем шквал откликов. «Зачем печатаете такие лживые статьи?!» - негодуют одни читатели. «Покажите этот музейный экспонат, который эти деньги получает», - призывают другие. «Педагог с 20-летним стажем, работаю на 1,75 ставки - 30 часов в неделю, за сентябрь начислено 1 800 000», - приводят данные о своих зарплатах третьи. Собрав самые популярные читательские вопросы на тему зарплат мы отправились в Белстат. А тут как раз и свежая статистика появилась: оказывается, в октябре белорусы в среднем зарабатывали 2 млн. 318 тысяч рублей.

«Средняя зарплата - это то, что начислили в бухгалтерии, а не то, что вы получили на руки»

- Елена Ивановна, не верят люди в ваши цифры. Говорят, что на деле получаем мы гораздо меньше. Как же так?

- Нужно понимать, что, к примеру, эта цифра - 2 млн. 318 тысяч рублей - это номинальная начисленная среднемесячная заработная плата. В ней сидит подоходный налог, который потом будет высчитан у каждого работника, всевозможные взносы (например, профсоюзные), которые платит работник. Поэтому в итоге оказывается, что на руки человек получает меньшую сумму. Для расчета средней зарплаты по стране используется сумма из расчетного листка по графе «начислено». Чтобы расчитать среднюю зарплату, берется весь фонд заработной платы и делится на количество работников на какой-то конкретный период.

- Например, в среднюю зарплату за сентябрь включали «овощные» 500 тысяч, которые получили все бюджетники в стране. Это сделали для того, чтобы зарплата казалась больше?

- Нет. Для расчета средней зарплаты мы используем методику, соответствующую рекомендациям Международной организация труда. По ней в фонд заработной платы нужно включать все, что начислили работнику: зарплату, премии, бонусы, доплаты за сверхурочную работу и за вредные условия труда, выплаты на питание или оплату проезда, отпускные, больничные и так далее. Включаются и выплаты разового характера, как, например, деньги, которые выделялись на покупку сельхозпродукции. Учитываются также и ежемесячные индексации, которые сейчас государство доплачивает бюджетникам. Кстати, в октябре средняя зарплата бюджетников уменьшилась: теперь она составляет 1 млн. 948 тысяч рублей, а в сентябре была 2 млн. 49 тысяч рублей. - А если врач или учитель работает на две ставки, считать будут зарплату по одной? - Нет, учитывается фактически отработанное время, а не установленная минимальная ставка.

В цифрах зарплаты стали больше, а в хлебе, мясе и рыбе - меньше

- Даже в кризис зарплаты по данным Белстат растут. А люди, наоборот, возмущаются, что жить все тяжелее и тяжелее...

- И это показывает реальная заработная плата! Она отражает покупательную способность зарплаты за какой-то период времени с учетом изменения цен на товары и услуги. Действительно, номинальная октябрьская зарплата по сравнению с октябрем прошлого года выросла на 74,1%, по сравнению с началом года - на 45,2%, а по сравнению с сентябрем-2011 - на 2,6%. А теперь откорректируем эти данные на уровень инфляции. Оказывается, зарплата не увеличилась, а наоборот, уменьшилась. С октябрем прошлого года на 9,5%, с начала года реальная зарплата стала меньше на 23,1%, а по сравнению с прошлым месяцем - на 5,2%. То есть, купить каких-то товаров на зарплату мы можем меньше, чем раньше. Например, в начале года на среднюю зарплату можно было купить 885 килограмм хлеба, то сейчас 764 кило, а растительного масла белорус сегодня может позволить не 265, а 114 литров. Еще больше зарплата упала в мясе и рыбе. Например, если в начале года за зарплату можно было купить 138 кило свинины или 183 кило мяса птицы, а сегодня только 73 или 96 килограмм соответственно. В начале года нашей зарплаты хватало на 171 килограмм мороженой рыбы, а сейчас - на 81.

Средняя зарплата в Солигорске - почти как две по стране

- Принято считать, что самые большие зарплаты у нас получают минчане. Это правда?

- Если смотреть по областям и областным центрам, то действительно, получается, что самые большие зарплаты в Минске (2 млн. 992 тысячи рублей за октябрь) и в Минской области (2 млн. 320 тысяч рублей). То есть это больше, чем в среднем по стране. Самая низкая зарплата традиционно в Брестской области (за октябрь - 2 млн. 7 тысяч рублей). Существенных отличий в оплате труда по районам нет. Однако, самые большие зарплаты у нас в Солигорском районе - в октябре получилось 3,7 млн. рублей, а в самом Солигорске средняя зарплата и вовсе приблизилась к 4 млн. - 3 млн. 955, 1 тысячи рублей. А самые маленькие средние зарплаты оказались в Столинском (1 млн. 504,2 тысячи рублей) и в Мстиславльском (1 млн. 586 тысячи рублей) районах.

Программисты по зарплатам обогнали нефтяников и врачей

- Какие профессии в Беларуси оплачиваются лучше всего?

- В лидерах сейчас работники, чья деятельность связана с вычислительной техникой. Чаще всего это программисты. У них только средняя зарплата в октябре составила 7 млн. 243,8 тысячи рублей. Фактически они получают больше трех средних зарплат по стране. Даже в нефтепереработке средняя зарплата оказалась ниже - 5 млн. 978 тысяч рублей. Традиционно высокие зарплаты у нас в финансовой деятельности - это банки, страховые компании. Там средняя зарплата составила в октябре 3 млн. 608 тысяч рублей. Больше среднего зарабатывают в строительстве, промышленности, транспорте и связи.

- Зато такие нужные обществу медики и педагоги остаются за бортом...

- Не соглашусь с таким утверждением. Действительно, зарплаты в таких сферах, как здравоохранение и образование, меньше, чем в среднем по стране. Это не значит, что все работники этих сфер зарабатывают меньше среднереспубликанского уровня. Есть в этих сферах и низкооплачиваемые и высокооплачиваемые категории. Например, за октябрь зарплата среднего медицинского персонала 1 млн. 898 тысяч рублей, а если взять отдельно врачей, то мы увидим, что ситуация меняется – средняя зарплата врача составила 3 млн. 125 тысяч рублей. Но это не означает, что именно такую зарплату будет получать врач-молодой специалист, пришедший в больницу по распределению и врач-хирург, который проводит сложные операции и имеет большой опыт работы. Аналогичная ситуация в образовании. При средней зарплате в образовании 1 млн. 862 тысячи рублей зарплата профессорско-преподавательского состава – 3 млн. 82 тысячи рублей.

В кризис доходы богатых растут медленнее, чем у бедных

- А какая сейчас разница между доходами самых богатых и самых бедных белорусов?

- Если смотреть данные по среднедушевым доходам за 3-ий квартал, то соотношение 10% самых богатых и 10% самых бедных составляет 6,1. То есть, у самых богатых доходы в 6,1 раза больше, чем у самых бедных. Такое расслоение в обществе считается незначительным. К примеру, в той же России оно было больше 16 раз, а в Молдове — больше 22 раз. Кстати, разрыв между богатыми и бедными у нас сейчас сократился. Раньше он был 6,7 раза. Это связано с замедлением темпов роста зарплат в высокооплачиваемых отраслях с начала года. У тех же, кто получает самые низкие зарплаты, наоборот, темпы роста увеличились. Например, финансисты в среднем с начала года стали получать на 19% больше, а работники сельского хозяйства — на 58,5%.

- Знает ли Белстат, какая зарплата, например, у премьер-министра или у директора МАЗа, Беларуськалия или какого-то еще крупного завода?

- Возможно, я разочарую читателей, но получая данные о заработной плате мы не видим разбивки по должностям. Есть утвержденная форма статистической отчетности и в ней указаны следующие позиции: фонд заработной платы и среднесписочная численность работников. Министерство или предприятие просто вносит туда эти данные. В итоге, мы видим, что на 200 работников предприятия «N» в октябре начислили 400 млн. И в этих цифрах все: и директор, и бухгалтер, и уборщица. Конечно, органы статистики располагают информацией о том, в какой организации самая высокая средняя зарплата в стране, но по закону вся информация предоставляется нам на условиях полной конфиденциальности. И открывать ее мы не имеем права. Так работают статистические органы во всем мире.

Какие средние зарплаты у белорусов

финансовая деятельность - 3 млн. 608 тысяч рублей

научные исследования и разработки - 3 млн. 260 тысяч рублей

промышленность - 2 млн. 634 тысячи рублей

транспорт и связь - 2 млн. 504 тысячи рублей

строительство - 2 млн. 474 тысячи рублей

организация отдыха и развлечений, культура и спорт - 2 млн. 275 тысяч рублей

торговля, ремонт автомобилей, бытовых изделий - 2 млн. 140 тысяч рублей

здравоохранение - 1 млн. 979 тысяч рублей

образование - 1 млн. 862 тысячи рублей

сельское хозяйство, охота, лесное хозяйство - 1 млн. 634 тысячи рублей

гостиницы и рестораны - 1 млн. 626 тысяч рублей

 

Источник: Комсомольская правда в Беларуси

 

Read more...

Если правительство выстоит, то прогноз для экономики – позитивный

23-11-15На вопросы BEL.BIZ ответил Павел Данейко – генеральный директор Бизнес-школы ИПМ, директор Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра BEROC, а также спикер и модератор Международного форума предпринимательства 2011.

– Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в белорусской экономике? Могла ли она сложиться лучше,  или все могло быть еще хуже? Многие комментаторы отмечали: если бы в феврале-марте текущего года в стране была проведена 15%-я девальвация, ситуация нормализовалась бы с меньшими издержками.

– Я недавно прочел хорошую книгу: «На этот раз все будет иначе. Восемь столетий финансового безрассудства». Кстати, один из соавторов – бывший главный экономист МВФ Кеннет Рогофф, потомок российских эмигрантов первой волны. Название издания говорит само за себя: во все времена одной из главных причин возникновения и неблагоприятного развития кризисов была уверенность властей, что они умнее других, лучше разбираются в экономике и не попадут в капкан, которого до них не удавалось избежать никому. Все начинается с благих намерений дать мощный толчок социальному благополучию.  В основном, за заемные деньги. А заканчивается – прекращением, по разным причинам, внешнего финансирования. И тогда происходит то, что случилось и в Беларуси. Могли ли мы достичь стабилизации быстрее и с меньшими издержками? Теоретически – да. Но так трудно признавать, что мы  не умнее других. На это у белорусских властей ушло какое-то время.

– Каков ваш прогноз на ближайшие год-два?

– Собственно, есть программа правительства на 2012 год. В моем понимании, она сделана профессионально и позволяет через год развернуть экономику к росту. Да, в ней заложены довольно низкие показатели на ближайшие 12 месяцев. Но, на самом деле, не важно, каким в этот период будет показатель ВВП – 2%, 4% или 0%. Главное – преодолеть опасность банковского кризиса, реструктурировать экономику и двинуться дальше. Если этот план будет реализован, 2013 год станет достаточно оптимистичным с точки зрения роста. Теперь все зависит от того, удастся ли правительству выдержать давление различных лоббистских групп и реально сократить финансирование государственных программ, которые стране сегодня не по карману. Если правительство выстоит, прогноз – позитивный. Если же возобладают популистские либо лоббистские интересы, будет «заморожена» нынешняя ситуация с ее высокой инфляцией и вялотекущей девальвацией (при условии сохранения плавающего курса рубля).

– Если правительство сможет придерживаться своей программы, какими будут зарплаты в стране в 2013 году?

– Я уверен, что уровень заработной платы начнет восстанавливаться уже в 2012 году. На рынок труда давят объективные факторы: и огромный спрос на специалистов самой разной квалификации со стороны России, и стремление зарубежных производителей электроники, швейной продукции и прочего разместить у нас заказы. Труд белорусов уже стоит ниже уровня китайского рынка труда. Так что зарплаты вскоре начнут восстанавливаться – и это станет вызовом для отечественных компаний, потребует от них повышения эффективности.

– Что делать государству сейчас?

– Изменить свою позицию. Как выглядела белорусская модель до кризиса? Государство ограничивалось задачей управления государственной собственностью, делило предприятия на «свои» и «чужие» (т. е. частные). Государство не было дирижером экономики в целом, не выполняло целого ряда важных функций, главная из которых – организация внутренней конкуренции в стране. Вместо этого гасилась конкуренция. Даже разумная в целом идея дотировать не предприятия, а спрос была реализована в ущербном виде (когда заказчиков буквально принуждали покупать ту или иную продукцию).

Также многие у нас неправильно понимают смысл понятия «протекционизм». Часто ссылаются на опыт азиатских «драконов», для которых защита внутреннего рынка – обычная практика. И теория конкурентоспособности Майкла Портера объясняет, почему на определенном этапе протекционистские меры действительно могут быть полезны для экономики. Но давайте посмотрим, например, на японский опыт: в этой стране протекционистские меры вводились только для тех отраслей, в которых была очень острая внутренняя конкуренция. Например, в 1951 году в Японии было порядка 130 компаний-производителей мотоциклов. В итоге осталось четыре, но каких – выдающихся! Их уже не нужно было защищать от мира – мир защищался от них. И так было во всех отраслях японской экономики.

Без конкуренции не бывает развития. Сейчас многие мои коллеги говорят, что нужно улучшать бизнес-климат. И, в принципе, за последние годы Беларусь сильно продвинулась в различных рейтингах благоприятствования бизнесу. Однако, даже имея прекрасную налоговую систему, простую систему регистрации компаний и т. д., но, не имея конкурентной среды, бизнес не сможет развиваться.

– Должно ли сейчас государство сократить свое присутствие в экономике?

– Вмешательство государства в экономику однозначно вредит тем странам, которые находятся на этапе инноваций. Есть разные точки зрения, где сейчас находится Беларусь: то ли на этапе инвестиций, то ли на этапе роста эффективности. Но в обоих случаях государство должно действовать в экономике более активно, чем сейчас. Если Беларусь – экспортно-ориентированная страна, где у нас институты поддержки экспорта? Где экспортный банк? Где система страхования экспорта? Где образовательная и консалтинговая инфраструктура, обслуживающая предприятия-экспортеры? Да, у нас есть программа развития экспорта, но, честно говоря, я не нашел в ней идей, способных помочь нашим предприятиям в завоевании внешних рынков. В основном, государство ограничивается дотациями госсектору.

Частным компаниям не нужны дотации. Им нужны равные условия работы, которых пока тоже нет. Но именно вокруг частных компаний начинают формироваться кластеры более эффективной экономики. Достаточно вспомнить Милавицу. Высокие темпы роста и большие объемы производства позволили этому предприятию практически отказаться от производственного импорта. Сейчас значительная часть поставщиков различных элементов для продукции Милавицы переместилась в Беларусь. Плюс к этому на нашем рынке возникло множество компаний, которые шьют аналогичную продукцию, и Беларусь превратилась в мощного, даже по мировым меркам, производителей женского белья. Осталось освоить производство качественных тканей, чтобы завершить этот кластер.

– Ваше мнение о предстоящей приватизации.

– У госпредприятий нет задачи быть эффективными, динамичными. Перед ними стоит задача обеспечивать рабочие места, плановый рост объемов. И это, собственно, все. Зачем заниматься эффективностью, ввязываться в рискованные проекты, если за это могут наказать? Только за счет изменения мотивации топ-менеджеров приватизация большого массива предприятий приведет к быстрому повышению их эффективности и росту ВВП Беларуси.

– Какова оптимальная линия поведения для компаний, инвесторов?

– Если ты экспортер, максимально наращивай экспорт. Если работаешь на внутреннем рынке,  максимально сокращай издержки. Других рекомендаций для компаний быть не может. Что касается инвесторов – для них наступает время больших возможностей. Имею в виду не институциональных западных инвесторов типа инвестиционных или пенсионных фондов, а тех, кто готов вкладывать деньги на свой страх и риск, кто хорошо знает наш рынок и понимает, как вести бизнес в Беларуси. Классические западные инвесторы работают по жестким схемам: есть компьютерная программа, в нее вбиваются цифры – и на экране загорается красная либо зеленая «лампочка». Для Беларуси сейчас будет однозначно гореть красная «лампочка». Это связано и с девальвацией, и с высокой неопределенностью экономической политики, и с другими факторами. Западным фондам будет сложно решиться на участие в белорусской приватизации: их методы оценки основаны на анализе денежных потоков и прибыли. И с этой точки зрения белорусские предприятия бесперспективны. Ведь у них и не было до сих пор мотивации генерировать прибыль. Хотя на самом деле анализ, построенный на изучении потенциальных возможностей для бизнеса, дает «зеленый свет». Белорусы умеют производить. Многие предприятия обладают хорошими инженерно-техническими кадрами и, благодаря стимулированию инвестиций в новое оборудование, неплохо оснащены. Я бы рекомендовал инвесторам побывать на конкретных предприятиях, посмотреть на их производственный потенциал, потенциал рынка и уже после этого принимать решение.

 

Автор: Юрий Смирнов

Источник: BEL.BIZ

 

Read more...

Римма Лапцевич: Жилищные облигации могут навсегда вытеснить «долевку» с рынка

21-11-03Что такое жилищные облигации и сможет ли этот инструмент полноценно заменить более привычное долевое строительство жилья? Об этом в интервью «EJ:Недвижимость» рассказала директор агентства недвижимости «Ассистанс Хэлс» Римма Лапцевич.

Скоро исполнится месяц, как рынок долевого строительства в Беларуси живет по новым правилам: 26 октября вступил в силу указ №324 «О долевом строительстве многоквартирных жилых домов».

Пожалуй, основное изменение в привычной схеме работы строительных компаний и дольщиков заключается в том, что теперь договоры долевого строительства подлежат госрегистрации местными органами власти, выдававшими разрешение на строительство многоквартирного жилого дома. Только после этого дольщик может перечислять деньги застройщику, а последний обязан на каждый многоквартирный дом открывать спецсчет.

Кроме того, указом внесены некоторые изменения в ценнообразование. Например, застройщики получили возможность указывать стоимость квадратного метра в иностранной валюте. Правда, при этом их обязали оставлять сумму неизменной в течение всего периода стройки. А для компаний, фиксирующих договорную стоимость строительства в национальной валюте, напротив, узаконили право менять договорную стоимость в течение всего периода строительства объекта.

Конечно, это далеко не все новшества, коснувшиеся рынка «долевки», однако, так или иначе, многие пункты указа вызвали у строительных компаний множество вопросов. И дабы не вступать в лишние дискуссии и сохранить место на рынке, многие застройщики уже объявили о том, что переходят на жилищные облигации. О том, что это за инструмент и как он сегодня работает на белорусском первичном рынке жилья, «EJ:Недвижимость» рассказала Римма ЛАПЦЕВИЧ, директор агентства недвижимости «Ассистанс Хэлс».

– Стоит ли называть этот инструмент «новым» – большой вопрос, потому что рынок облигаций на рынке недвижимости Беларуси существует уже 10 лет. Многие компании, например ООО «Карпович» и другие, давно начали использовать жилищные облигации.

– Расскажите, пожалуйста, что же такое жилищные облигации?

– Жилищная облигация – это ценная бумага, удостоверяющая внесение ее владельцем денежных средств на строительство определенного размера площади жилья. Она имеет номинальную стоимость в белорусских рублях и эквивалент, выраженный в квадратных метрах, срок обращения и дату погашения. Купив одну облигацию, вы становитесь собственником 1 кв. метра жилой площади в конкретном доме. Жилищные облигации выпускаются в бездокументарной форме – грубо говоря, их нельзя потрогать, получить на руки – и хранятся в депозитарии, обслуживание которого застройщик, как правило, оплачивает сам, без привлечения средств покупателей.

Выпускает жилищные облигации застройщик-эмитент. При этом он должен иметь отведенный земельный участок под жилищное строительство и необходимую проектную документацию. Объем выпуска жилищных облигаций эквивалентен общей площади запланированного к вводу жилья и не может ее превышать.

– И как работает этот инструмент на практике?

– Сначала с застройщиком заключается соглашение на строительство квартиры. В нем прописывается номер квартиры, этаж, площадь. Как и в договоре долевого строительства, застройщик обязуется построить квартиру, сдать ее в эксплуатацию и передать покупателю по передаточному акту. Единственное отличие: все эти обязательства появляются после заключения договора купли-продажи облигаций, эмитентом которых является застройщик. Кстати, если раньше можно было покупать жилищные облигации без предварительно заключенного соглашения с застройщиком, сегодня это невозможно.

После заключения договора купли-продажи облигаций ценные бумаги в количестве, эквивалентном метражу строящейся квартиры, оплачиваются, и застройщик получает деньги. Затем строительная компания обязана перевести выкупленные облигации на счет купившего их физлица, открытый в депозитарии.

– На любом ли этапе строительства дома можно приобрести жилищные облигации и предусматривается ли застройщиком рассрочка на их приобретение?

– Заключить договор с застройщиком можно на любом этапе. При этом, конечно, многие застройщики хотят стопроцентную оплату квартиры, так как облигации в нашей стране выпускаются в основном в белорусских рублях, и, соответственно, договора заключаются в белорусских рублях. В случае же рассрочки строительная компания может предусмотреть индексацию суммы при проведении ежемесячных платежей.

При этом если человек выкупает 100% облигаций, то он может быть уверен, что к уже оплаченной им стоимости квартиры застройщик ничего не добавит. Здесь не существует никаких лазеек: квартира 70 кв. метров – это 70 облигаций. И обосновать оплату дополнительной суммы юридически невозможно.

– А можно ли получить банковский кредит на покупку жилищных облигаций?

– С жилищными облигациями до сегодняшнего дня работали только два банка: «Белинвестбанк» и «БПС-банк», нынешний «БПС-Сбербанк». Они достаточно активно выдавали кредиты на эти цели и готовы выдавать их сегодня. Но, честно говоря, из-за высоких процентных ставок сейчас спрос на кредитование, в том числе и на приобретение жилищных облигаций, упал.

– Для нуждающихся в улучшении жилищных условий какие-то льготы этот инструмент предусматривает?

– Раньше существовало льготное кредитование в этих же двух банках – процент на кредит для людей, которые приносили справку о том, что стоят в очереди на жилье, был несколько ниже. Это было в «Белинвестбанке» и «БПС-банке». На сегодня эти льготные кредитные линии приостановлены. При этом, например, «Беларусбанк» не выдавал кредиты на жилищные облигации своим клиентам. Поэтому у людей иногда возникал вопрос: почему так мало банков выдают кредиты под облигации?

– И почему же?

– На мой взгляд, пока для них этот инструмент не очень понятен и особого желания разобраться в нем у банков не возникало.

– А насколько он понятен и интересен потребителям? Есть ли спрос на жилищные облигации или люди все еще настороженно относятся к этому инструменту?

– Есть спрос на недвижимость. А инструмент, если он законный, не имеет по большому счету значения. Когда приходят люди, которые говорят о том, что не понимают чего-то, мы их консультируем. И в моей практике не было такого случая, чтобы человек, решивший построить квартиру в конкретном доме, отказался от нее только из-за того, что застройщик работает с жилищными облигациями, а не с долевым строительством.

– Дают ли жилищные облигации какие-то дополнительные преимущества потребителям?

– Наверное, главный приятный момент для покупателей – это возможность реализовать жилищные облигации на вторичном рынке ценных бумаг. Став собственником облигаций, вы получаете возможность совершенно законно продать свою квартиру в ценных бумагах на любом этапе строительства. Жилищные облигации выставляются на продажу, и, когда находится покупатель, физлица договариваются о стоимости. После этого продавец расторгает договор с застройщиком, а покупатель заключает новый договор, в котором он обязуется у первого собственника купить облигации. Как только он их покупает, все обязательства по квартире застройщик несет уже перед новым собственником ценных бумаг. В долевом же строительстве переуступка прав на квартиру разрешена только близкому родственнику.

Если же, например, вы решили не выходить из строительства, а купить у застройщика квартиру в этом же доме, но большую по метражу, у компании можно докупить облигации.

– Надо ли платить какие-либо налоги с приобретения жилищных облигаций?

– Только при их продаже на вторичном рынке уплачивается подоходный налог с заработка.

– Насколько безопасен этот инструмент с точки зрения потребителя?

– Чтобы выпустить облигации, застройщик обязан обеспечить надежность выпуска. Поэтому у владельцев жилищных облигаций есть надежный гарант сохранности их средств: в лице страховой компании или банка либо залога имущества самой строительной компании или ее поручителя, которые отвечают по обязательствам застройщика в случае их невыполнения. Покупателю будет компенсирована стоимость облигаций. С этой точки зрения жилищные облигации более безопасны, чем долевое строительство, которое сегодня не страхуется.

– С помощью облигаций у нас можно строить только жилье?

– Не обязательно. Тогда ценные бумаги называются не жилищные облигации, а просто облигации. С их помощью можно приобрести, например, административные помещения, встроенные на первых этажах жилых домов, или машиноместа. Это достаточно гибкий инструмент.

– Почему же он так и не стал достаточно популярным за 10 лет?

– Думаю, строительные компании были не готовы работать с облигациями. Им просто по инерции нравилось пользоваться более привычными договорами долевого строительства. Сейчас, после выхода указа №324, застройщики более серьезно задумались о том, что пора менять инструмент на более простой. Если до этого с жилищными облигациями работало не более 15% рынка новостроек, то теперь эта доля существенно увеличится.

– Смогут ли в будущем жилищные облигации полностью вытеснить «долевку» с первичного рынка?

– С точки зрения законодательства у нас существует три возможности строительства жилья: ЖСК, долевое строительство и жилищные облигации. Все эти три формы законны, и все они будут работать.

На сегодня жилищные облигации в плане выстраивания отношений между застройщиком и потребителем гораздо проще «долевки». Поэтому вполне возможно, что этот механизм станет более активно применяться. Я вижу, что к этому и идет сегодня ситуация на рынке. Если, конечно, ничего не изменится.

– На цены популяризация такого инструмента может повлиять?

– По моему мнению, практически нет. На цены влияют спрос и предложение. Вот если предложение уменьшится – а ведь сегодня говорят, что есть планы ограничить строительство жилья в Минске, – тогда, соответственно, вырастет и стоимость квадратного метра.

 

Источник: Ежедневник

 


 

Read more...

Шведская модель: экономика совместного использования

08-11-07В первой части интервью с известным шведским консультантом и предпринимателем Кристером Ферлингом разговор шел об особенностях социально-экономической модели Швеции и их влиянии на эффективность экономики и бизнеса. Сегодня собеседник BEL.BIZ отвечает на вопрос: что из шведского опыта может быть использовано в Беларуси?

– Реально ли, на ваш взгляд, целиком перенести шведскую модель на белорусскую почву?

– Это сложный вопрос, не имеющий однозначного ответа. Нынешняя структура белорусской экономики не очень хорошо подходит для шведской модели. На рынке у вас доминирует только одна сила – государство. В Швеции есть три влиятельные силы: государство, бизнеc (промышленность) и интеллигенция (университеты, профсоюзы, общественные организации и т. п.). Это позволяет рассматривать проблемы с трех сторон и находить согласованные решения. У вас такой возможности нет.

Конкуренция необходима не только для роста производительности компаний. В поисках лучших решений также должны конкурировать правительство, бизнес и профсоюзы. Необходима конкуренция и между социальными институтами, например, больницами. Конкуренция вызывает давление, ведущее к повышению эффективности системы в целом и ее частей.

Что касается социальной экономики – это экономика совместного использования. В переходной экономике работает принцип «возьми у богатых, раздай бедным». В социальной экономике мы заботимся друг о друге, потому что это приносит свои плоды, способствует развитию общества. Поэтому вам предстоит большой путь, который не осилить за одну ночь.

– Можно ли пройти этот путь постепенно, пошагово?

– Да. И один из самых важных шагов – снижение концентрации власти, ее делегирование в большее количество рук. Необходимо передать больше прав промышленности, бизнесу и открыть их для конкуренции. Сейчас ваша промышленность чересчур защищена, а это ей во вред.

– Какие стороны шведской модели могли бы быть позаимствованы Беларусью прямо сейчас?

– В краткосрочном периоде очень важно стимулировать свободное предпринимательство. Сегодня в Беларуси создать новую компанию и управлять ею не так просто, как могло бы быть. Предприниматель, чтобы выжить, должен быть уж очень осведомленным и ушлым, досконально разбираться в законах, налогообложении, знать всевозможные ограничения и капканы, созданные государством. Это усложняет ведение бизнеса и уменьшает уровень конкуренции на внутреннем рынке, что делает белорусские товары менее конкурентоспособными и на внешних рынках. В Швеции пришли к выводу, что нельзя конкурировать в мировом масштабе, не стимулируя развитие свободного бизнеса в стране. Да, мы имеем высокие ставки для физических лиц, однако, сегодня уже никто не платит больше 50%.

Мне кажется, сейчас ваша система стимулирует бюрократию. Надо упростить систему, добавить в нее больше доверия – экономически не выгодно контролировать каждый шаг и каждую мелочь. И еще вам нужно приглашать внешних инвесторов. Им вовсе не требуется много поддержки – у них у самих есть деньги. Им просто нужна уверенность, что они не потеряют свои инвестиции, простота и прозрачность налоговой и контролирующей системы. И ваша задача – показать миру, что в Беларуси можно делать бизнес.

– Что вы думаете о недавней девальвации в Беларуси?

– Это ваше преимущество сейчас! Конечно, девальвация сигнализирует о необходимости что-то сделать с системой, но сейчас в наличии позитивные последствия, которыми вы просто обязаны воспользоваться. Каждый импортируемый продукт стал гораздо дороже, каждый произведенный в Беларуси – гораздо дешевле, упали затраты на рабочую силу. Вам сейчас необходимо стимулировать предприятия, работать и зарабатывать. У Беларуси хорошие традиции инженерной, технической компетенции. Это единственная часть бывшего СССР, целиком ориентированная на инженерные и технически сложные продукты. Похожая роль была у Чехии. Пока еще не поздно, вам нужно использовать эти компетенции, которыми сейчас не очень эффективно распоряжаются предприятия с государственной собственностью. Я был бы рад узнать, что крупные предприятия стали проводить изменения, ориентироваться на экспорт. Но для этого надо меняться, сокращать бюрократию, увеличивать степень доверия, давать предпринимателям инициативу, создавать долгосрочные конкурентные преимущества.

– Знаем многих ваших белорусских учеников – бизнесменов, которые прошли программу «Развивай свой бизнес». У нее необычный формат: 90% времени участники интенсивно обсуждают проблемы собственных компаний, и в итоге каждый выносит из аудитории пакет новых бизнес-идей. Наверное, такой образовательный проект должен был родиться именно в Швеции?

– Пожалуй, да. Это характерно не только для бизнес-образования, но и для скандинавского бизнеса в целом. Мы предоставляем сотрудникам свободу ошибаться. Мы не наказываем, а пытаемся поощрять. Наказание только снижает инициативу, поощрение – гораздо более эффективный метод и управления, и обучения. Что такое программа «Развивай свой бизнес»? Это метод обучения действием, разработанный по реальным запросам собственников и топ-менеджеров компаний для них самих. Когда-то я запускал эту программу как краткосрочный корпоративный проект, но она живет уже 30 лет и успешно используется бизнесменами многих европейских стран для ревизии своего бизнеса, поиска уникальных конкурентных стратегий и новых идей развития.

Нас, шведов, всего 10 миллионов, поэтому мы много инвестируем в мозги. Сегодня очень трудно конкурировать с помощью ручного труда, мы должны конкурировать интеллектуальным трудом. В этом у нас тоже много общего с Беларусью. Ваша задача – открывать горизонты, расширять сознание людей, развивать их. У Бизнес-школы ИПМ, в сотрудничестве с которой я веду свою программу в Беларуси, очень хорошая миссия – повышать национальную конкурентоспособность с помощью образовательных инструментов. Это правильная цель сегодня!

 

– Есть ли в Швеции какая-то общая национальная идея, которую разделяет большинство граждан?

– Швеция – относительно небольшая страна. Наш язык не сильно распространен в мире, поэтому мы учим другие языки и очень многому учимся у других. История Швеции насчитывает две тысячи лет, мы ею очень гордимся, но избегаем самоуверенности. Хотим быть приземленными и ориентируемся на эффективность, результат. Мы стремимся учиться и впитывать все лучшее, что есть в мире. А для этого нужно быть очень прозрачными, открытыми для самих себя и других стран.

 

Автор: Юрий Смирнов

 

Автор благодарит руководителя блока программ для собственников и топ-менеджеров Бизнес-школы ИПМ, преподавателя блока «Маркетинг» в программе «Развивай свой бизнес» Максима Поклонского за помощь в организации и подготовке интервью.

 

Источник:  BEL.BIZ


 

Read more...

Леонид Заико: Беларусь переехала из трехкомнатной квартиры в однокомнатную

02-11-14Экономист проанализировал ошибки Нацбанка и правительства, которые, по его мнению, стоили каждому белорусу 3 тысячи долларов и привели к троекратному обеднению.

Чего стоила белорусам несвоевременная девальвация? Как заработать реальные деньги на кризисе, которого еще не было? Сколько лет жизни мы потеряли из-за неверных действий финансовых властей страны? Кто будет приватизировать белорусские предприятия, и как нам не превратиться в наемников для более богатых соседей? Об этом и о многом другом мы разговариваем с экономистом Леонидом Заико.

Еврорадио: Можно ли сказать, что Беларусь начала принимать меры для выхода из кризиса? По моему мнению, полностью вероятно, мы продолжаем опускаться все глубже и глубже…

Леонид Заико: Я бы вообще не стал употреблять а отношении нашей ситуации такое сильное выражение, как "валютный кризис". По моему мнению, это обычный тупик монетарной политики. То есть, население воспринимает то, что происходит, как кризис. А на самом деле, в настоящее время мы преодолели самый обычный непрофессионализм, который наблюдался с начала года. Практически не обеспечивалось равновесие между денежными потоками. Брать на себя решение боялись все. Александр Лукашенко сказал, чтобы в Нацбанке все решали сами. И эта полная свобода оказалась абсолютно беспомощной.

Цена вопроса: 3-разовое снижение уровня жизни белорусов. То есть, наше руководство денежных властей, руководство Нацбанка хорошо подучилось за последние полгода за наши деньги. А говорить об оздоровлении всей денежной системы пока что рано.

"Президента можно убедить профессионально"

Еврорадио: Руководитель миссии МВФ в Беларуси Крис Джарвис, рассуждая о перспективах реформ в нашей стране, сказал, что они обязательно должны быть одобрены президентом. Так что я бы не говорил так уверенно насчет того, что наши монетарные власти обладают свободой действия.

Леонид Заико: В любой стране любой руководитель, команда руководителей из правительства и Национального банка, если они профессионалы, сумеют убедить кого угодно. Даже Бога. Я знаю, что Александра Лукашенко можно убедить профессионально. Это я знаю из личного опыта. Но если люди бояться потерять должность, бояться идти на элементарные необходимые меры, - получается то, что было у нас в последние месяцы.

А насчет МВФ, реформ и кредитов. Сегодня сама концептуализация реформ стала другой. В 1990-е существовал так называемый Вашингтонский консенсус. Это о том, что необходимы либерализация, приватизация, финансовая стабилизация и т.д. Но это все оказалось не очень сильным. И пришло понимание, что необходимы меры, которые ведут к изменению социальной, социально-политической, политико-экономичной ситуации, институтов общества, судебной системы. Это большой набор действий. Но Беларусь сегодня не может делать существенных шагов по изменению институциональной среды. Потому что наша страна сосредоточилась на концепции социально ориентированной экономики, и это принесло нам большие потери. Какая социально ориентированная экономика, когда правительство за полгода в 3 раза уменьшило достаток населения? Ну кто ответит, что это за социально ориентированная экономика?

"Для кого делать приватизацию, для иностранцев?"

Еврорадио: Власти пытаются смягчить падение. Повышаются стипендии, например.

Леонид Заика: Беларусь жила не по средствам. Средняя зарплата у нас должна быть 250-300 долларов, но когда я писал об этом, в меня, как говорят, бросали камни. Мол, ну ты не патриот, мы должны по 700-800 долларов получать! Ну вот, получили.

Сегодня нельзя проводить индексацию зарплат и другими способами вбрасывать деньги в потребительский сектор. Это опять ведет к "Собесу"… Вот одна цифра: в советские времена 50% белорусов получали социальные трансферты. Эта цифра сохранилась до наших дней. А так жить нельзя! Самый простой вариант: решить, что в стране будет поддержка для 15% населения. Остальные 85% - летайте, плавайте, создавайте предприятия. Создавайте свой бизнес, а потом покупайте яхты! Нужен драйв. Это важнее, чем реформы. Но это потеряно.

Еврорадио: Мне кажется, что драйв мог бы прийти вместе с началом приватизации.

Леонид Заико: У нашего национального капитала 2/3 активов потеряно. Для кого делать приватизацию, для иностранцев?

Еврорадио: То есть, приватизация в наших условиях была бы, скорее, ошибкой?

Леонид Заика: Во-первых, в Беларуси потеряла в цене рабочая сила. Она сейчас в 4 раза дешевле, чем в России, и в 2 раза более дешевая, чем в Казахстане. То есть, мы имеем дело со страной, которая потеряла 2/3 ВВП в долларовом эквиваленте, и где прошла декапитализация и 2/3 своих активов потерял национальный бизнес... Население в приватизации участвовать не может. Ну, "Белтрансгаз", естественно, нужно продать, потому что он нам не нужен. Россия с немцами делают Nord stream, и как сделает - все, наши трубы - это просто так. Я, правда, не понимаю, зачем 2,5 миллиарда долларов, которые мы можем за "Белтрансгаз" получить, помещать в золотовалютные резервы. Это же 10 автомобильных заводов, которые мы могли бы построить и потом забрасывать Казахстан, Узбекистан, Туркменистан и т.д. автомобилями. Какими угодно, хотя бы Ё-мобилями. Если Беларусь не создаст национальный капитал, нам будет суждено стать наемными работниками.

Цена девальвации

Еврорадио: Кстати, можно ли оценить потери, которые белорусская экономика понесла из-за нежелание Нацбанка принимать решительные меры и откладывание девальвации?

Леонид Заико: Это очень легко. Раньше, при курсе доллара в 3 тысячи наш валовый внутренний продукт доходил до $60 миллиардов. А теперь курс упал почти в 3 раза, и наш ВВП может быть на уровне $20 миллиардов. К концу года что-нибудь еще докрутиться и прокрутиться, поэтому немного добавим к нему. В итоге сумма потерь может быть около 30 миллиардов долларов. Это и есть потери от всех аспектов неуспешно проведенной девальвации белорусского рубля и инфляции, которая прогрессирует на этой основе.

Теперь по населению. В начале года, согласно с решением Всебелорусского собрания, люди в Беларуси получали среднюю зарплату в $500. Сегодня зарплата - 200 долларов. То есть, на каждого работника потери составили по 300 долларов, ли 3600 долларов за год. Дальше. Если семья держала в банке 10 тысяч долларов в белорусских рублях, она потеряла практически 6 тысяч 600 долларов. Каждый может пересчитать. И бизнес потерял… Это все вкладывается в 30 миллиардов долларов, о которых мы говорили выше.

Еврорадио: Надежда Ермакова говорила также о психологических потерях, которые понесла белорусская экономика…

Леонид Заико: Тут основные потери связаны с белорусским рублем. Каждая денежная единица в каждой стране выполняет 5 функций, среди которых очень важные - мера цен и средство сбережения. А мы доверие к белорусскому рублю опустили на самый низкий уровень. То есть, он функцию меры цены на протяжении полугода вообще не выполнял… К тому же, мы допустили доларизацию экономики. А в условиях хождения более совершенных денежных единиц - долларов, евро - национальная валюта превращается в суррогат.

Доверие абсолютно подорвано. Обычно его восстанавливают или очень долго, или изменяя всю денежную политику. Я, например, уже долгое время говорю о том, что нам необходима деноминация. Еще один способ - постепенный переход к золотому стандарту. Не знаете, как? Спросите у китайцев, которые собираются переходить на золотой юань. Они всегда рады поделиться опытом.

Еврорадио: Рубль - не юань.

Леонид Заико: Рубль уже фактически исчез, купить на него что-то вы не сможете. А вот если зачеркнем 4 ноля… Очень интересная вещь получится: хлеб будет стоить где-то 20 копеек. Десяток яиц - от 80 копеек до 1 рубля. Варёная колбаса - 2-2,5 рубли… Что это такое, как вы думаете?

Еврорадио: Советский союз.

Леонид Заика: Это СССР 1980-х годов. Все абсолютно вернулось. Ну и зарплата будет 180-190 рублей… Хочется спросить у властей: что вы сделали за 30 лет? Ничего! Все как было в Советском союзе, так и осталось… Поэтому, если перечислять потери, нельзя забывать и об этих потерянные 30 годах.

"В Беларуси наблюдается абсолютный кадровый застой"

Еврорадио: Есть ли в Беларуси антикризисная команда, которая могла бы эффективно противостоять экономическим потрясениям?

Леонид Заико: Потенциал есть. И я говорил Владимиру Макею, что в Беларуси необходима создать "Команду 100", и мы можем найти молодых, но уже опытных людей для нее. Их много в бизнесе - хорошие специалисты, которые отлично себя чувсивуют в практике. А что касается правительства, так тот же министр экономики у нас очень конструктивный. Поэтому команду можно было бы сделать.

Еврорадио: Но никто не сделал.

Леонид Заико: Это еще одна наша проблема. Вот, посмотрите: у нас премьер-министр - это человек, который уже много поработал. Он устал, ему тяжело… Я давно знаю Михаила Владимировича, и это естественно, что ему намного лучше было бы сейчас отдыхать на море, путешествовать… И госпоже Ермаковой, назначенной председателем Нацбанка, тоже тяжело. Потому что, если тебя учили тому, что такое бухгалтерский учет (а она стартовала с этой специальности), потом понять, что такое макроэкономика, когда ты уже сложился как профессионал и находишься на вершине карьеры, очень и очень трудно.

Еврорадио: Вы считаете, что Беларуси нужно резко взять курс на омоложение правительства и государственных органов?

Леонид Заико: Не так все просто. В Беларуси наблюдается абсолютный кадровый застой. И даже когда молодой человек приходит работать в правительство - талантливый молодой человек, какой хорошо оканчивает университет, получает высшие оценки - через полгода превращается в рядового сотрудника какого-нибудь министерства. Серый взгляд, бессмысленные движения… Проблема в том, что в стране нет интереса к хорошей экономической теории. Те чиновники, которые сейчас в правительстве, изучали марксизм. Причем изучали его плохо. А что пришло на смену? Либерализм? Нет. Кейнсианство? Оно стихийное и есть. Социально-демократические экономические мнения? Тоже нет… Получился микс, этакий постмодерн. И в результате не только правительство, но и весь ученый контингент, который правительство подпитывает, оказался очень сомнительным. Экономисты, которые сидят в университетах, сначала боялись разговаривать, а теперь боятся думать.

Еврорадио: Тем не менее, наши чиновники очень часто говорят о том, что их решения выверены и просчитаны.

Хватит! Никаких больше кредитов!

Леонид Заико: Принципиальной ошибкой, которая была "просчитана" в последние 3 года - желание держать обменный курс рубля на одном уровне. И это при дефиците торгового баланса в 10 миллиардов долларов за год! А в Беларуси обменный курс - это показатель работы всей экономики. Поэтому его нужно было девальвировать на 1,5-2% в месяц. А мы делали наоборот: брали кредиты на его поддержание. Более 3 миллиардов от МВФ… Теперь еще что-то хотят взять. Хватит! Никаких больше кредитов!

Еврорадио: Обойтись без кредитов может помочь биржа? Она же в сентябре даже начала пополнять белорусские золотовалютные резервы!

Леонид Заико: В мировой экономике, особенно в небольших странах, развитие интернета привело к тому, что функции биржи и даже часть функций центрального банка выполняет глобальная сеть. Меня очень радовало то, что у нас происходило, когда в интернете начали появляться заявки на покупку и продажа валюты. Это отлично! Это будущее того, что у нас происходит. Валютные и рублевые потоки можно формировать очень быстро, и тут могут участвовать виртуальные площадки. Да и наша биржа, по сути дела, почти виртуальная. Это несколько компьютеров и пара наблюдателей, которые думают, поддержать курс, или нет.

И можно было бы вообще не трогать биржевые торги. Я бы не мешал им, пока курс не достиг бы объективной величины, что сбалансировало бы потоки экспорта и импорта. У нас же там пока разлом. Короче, я бы стимулировал появление многочисленных площадок для торговли валютой.

Также, по моему мнению, в Беларуси вполне возможно мультивалютное обращение. Люди наш имеют дебетовые карточки, через которые идет нормальный перевод денег, конвертация… По сути дела, это уже мировой рынок. У нас малая открытая экономика и, по большому счету, нам белорусский рубль не нужен. Национальная валюта - это игрушка, в которую играются власти маленьких стран. А настоящими деньгами, как определил классик, являются золото и серебро.

Как заработать на валютном кризисе?

Еврорадио: Как белорусы могут воспользоваться девальвацией?

Леонид Заико: Очень просто. Например, в Минске летом лежала редька по 24 тысячи. Было написано, что из Германии. Бабушки! Вы же конкурентки, вы всех этих немцев положите! А вот на неделе зашел в магазин. А там сливы. Из Италии. 12 тысяч 900 рублей за килограмм. Слушайте, я не помню, когда я ел итальянские сливы! Ну я купил их, принес домой и съел две штуки. Они были недозрелые, поэтому пришлось отложить их на будущее.

Еврорадио: А вот Надежда Ермакова призналась, что в продуктовые магазины почти не ходит, потому что работает и день, и ночь.

Леонид Заико: Это плохо, когда люди, которые находятся в правительстве, не ходят по магазинам. Я, как экономист, советую всем, кто нас сейчас читает: сохраняйте чеки из тех стран, где вы бываете. Эта простая бытовая статистика позволяет нам более-менее реально прдеставить, что происходит в нашей экономике. Но сейчас, я думаю, люди из высшего руководства будут более внимательно относиться к ценам.

Еврорадио: Сейчас экономисты рекомендуют переводить активы в беларусские рубли и вкладывать в банки. Можно ли доверять таким рекомендациям?

Леонид Заико: Это правильно, и я рекомендовал своим знакомым банкирам такое поведение раньше, когда мы провели девальвацию с деноминацией. Можно заработать, если быстро конвертировать валюту в белорусские рубли и вложить в банк под большие проценты.

Я специально интересовался в одном банке буквально год назад, какой в Беларуси самый большой депозит. Мне ответили - 500 тысяч евро. Ну можно не 500 тысяч, можно 200 тысяч евро взять. Перекинуть в рубли, вложить и получать до 4% в месяц. Получили - и поменяли на евро, получили - и поменяли на доллары. Я думаю, что 4-5 месяцев так можно делать. А начинать, скорее всего, лучше в середине ноября.

Для сравнения: в Германии евро можно положить на депозит под 1,5-2%. А тут - почти 4% за месяц! Нужно договориться с кем-нибудь из богатых за границей, потому что, представьте, у немцев средний размер сбережений - 200 тысяч евро. Значит, ищем немецкую девушку. Договариваемся с ней и быстро вбрасываем сюда деньги. Если 200 тысяч евро найти, можно почти на 5 тысяч евро в месяц получать. И 4-5 месяцев таким образом пожить, но дольше не рекомендую.

И, естественно, такие операции хорошо делать, когда есть больше 100 тысяч долларов…

Еврорадио: Вот и готовая бизнес-схема.

Леонид Заико: Абсолютно.

Еврорадио: А главное в этой бизнес-схеме - не пропустить момент, когда нужно срочно вывести свои рублевые активы из банка, перевести в валюту и ворочать их иностранному собственнику. Иначе можно потом за всю жизнь не рассчитаться… Также интересно, чем банки будут выдавать людям бешеные проценты, которые обещают.

Леонид Заика: Банки будут раздевать предприятия. Экспортеры сейчас в деньгах купаются… А второй аспект тут такой: чем банки будут отдавать - это их проблемы.

"Кризиса не нужно бояться"

Еврорадио: Короче, на кризисе можно заработать, и неплохо.

Леонид Заико: В условиях кризиса всегда появляются новые, перспективные и динамичные экономические субъекты. Изменяется структура экономики. Поэтому я двумя руками за кризис. Они проходили всюду, как без них? Но что касается Беларуси, так я думаю, что мы в кризисе еще и не были.

Еврорадио: Вот и наши власти называют кризис временными проблемами.

Леонид Заико: И ошибки никто не признал. А это было бы неплохо в плане возвращения доверия: чтобы вышел Мясникович, можно вместе с Ермаковой, и сказал бы: "Дорогие белорусы, мы напортачили. Мы абсолютно все провалили, мы вас, бабушки и дедушки, и все остальные, опустили в 3 раза. Простите нам, мы больше не будем".

 

Автор: Павел Свердлов

Источник: Еврорадио для Беларуси


 

Read more...

Как в Беларуси делается бизнес на агроусадьбах

191023По данным КГК, из 261 зарегистрированного субъекта агроэкотуризма в Гомельской области реальные услуги оказывают лишь 52. «Ежедневник» попросил владелицу усадьбы «Любезный сердцу уголок» Лилию Ермолову рассказать о специфике этого бизнеса в Беларуси.

– Как у вас, коренной горожанки, родилась идея строить агроусадьбу?

– Сама по себе идея не нова. Достаточно вспомнить традицию загородного отдыха. Кроме того, довольно долгое время я работала и жила за границей и «импортировала» некоторые черты загородного мини-отеля. Ну а когда эту тему начали развивать в Гомеле, то ухватилась за нее и решила реализовать свои мечты в реальность. Тогда, пять лет назад, в Гомельском райисполкоме работала довольно «продвинутая» дама, которая во многом благодаря собственной увлеченности помогала желающим начать свое дело. У нее была масса полезной информации по теме, в том числе юридической, которой она щедро делилась. Это было где-то в 2007–2008 годах. И именно эта женщина сподвигла меня на получение специального кредита в «Белагропромбанке», который, кстати, выдали очень быстро. Банк выдал мне наличные деньги в сумме 22 миллионов рублей. То есть в финансовом и методическом плане я получила какую-то помощь.

– Вы довольны государственным подходом к этому вопросу?

– Если смотреть на вопрос развития агротуризма как некоего белорусского бренда, как на составляющую национальной идеи, то тут у меня – не без претензий. Есть вопросы к информационной поддержке агроусадебщиков, их широкому представлению в интернете. Получить полную и достоверную информацию о том, какие агроусадьбы существуют, допустим, в Гомельской области, какие именно услуги предоставляют эти объекты туризма, и сделать это хотя бы на одном из европейских языков – не-воз-мож-но. То есть рядовому бюргеру из Карлштадта, воспитанному в духе WWW, весьма затруднительно будет узнать, что, допустим, есть такая усадьба «Любезный сердцу уголок», где воздух и природа дороже всех богатств мира, а насладиться всем этим можно за копейки. Только русскоговорящий user способен помочь этому любителю белорусских пейзажей, и никак иначе! Если не верите, попробуйте сами. Ни на одном из ведущих мировых поисковиков вы не найдете контактных данных белорусских усадеб! Запрос типа «Eco tour in Belarus» в лучшем случае выдаст вам жвачку типа: «Беларусь – это живописный край лесов и озер.

Беларусь славится своими заповедниками и заказниками, которые ежегодно посещает …дцать тысяч туристов со всего мира. Беларусь – это легкие Европы». И т.д. и т.п. Вот он, пример продвижения национальных брендов, о которых до хрипоты у нас ораторствуют со всех чиновничьих трибун. А между тем, вместо того чтобы бесконечно тратиться на порядком надоевшие «круглые столы» и семинары «О пользе и значении агроэкотуризма», вместо того чтобы переводить бумагу на бесконечные (и зачастую высосанные из пальца) отчеты о развитии агротуризма на местах, нужно создать хотя бы один мощный сайт хотя бы на английском языке, где четко и привлекательно будет представлена вся необходимая информация об имеющихся в нашей стране объектах агроэкотуризма.

– Можно подробнее рассказать о семинарах, чему на них учат?

– Все мероприятия такого рода, которые проходили в Гомельской области, да, они интересны в связи с вопросами, которые там иногда поднимаются. Другое дело, что все эти темы, к сожалению, являются мертворожденными. Потому что дальше говорильни дело не движется. Яркий пример – тема трансграничного сотрудничества, которое хотели организовать между тремя приграничными районами Гомельщины и Черниговщины. Беларусь–Украина, соответственно. Речь шла о туристическом взаимодействии, создании единой информационной базы, разработке различных маршрутов, в которые должны быть вовлечены и турагентства, и памятники архитектуры, и музейщики, и агроусадебщики. Обсуждались специальные знаки и указатели, тематические маршруты. Планировали даже карты напечатать и путеводители. Гомельский облисполком обещал свою всемерную поддержку. Прошло время. Абсолютно никаких подвижек в реализации проекта не случилось. И эта, по сути, замечательная идея так и осталась на бумаге. Единственную пользу от всех этих семинаров с участием наших больших и маленьких чиновников я вижу в возможности живого общения между владельцами агроусадеб. Мы в приватных беседах обмениваемся мнениями, телефонами.

– Почему бы агроусадебщикам Гомельщины не объединиться для решения своих насущных проблем?

– Попытки такие были, но не у нас. Очень хорошо в этом направлении работали минчане, которые создали информационный ресурс «Отдых в деревне». Да, в рамках этого объединения можно получить юридическую, методическую помощь и по запросу из Гомеля. Однако для решения наших, местечковых проблем необходимо вести разговор на местах. На территории Гомельской области ситуация с лояльностью властей может отличаться в разы, если сравнивать те или иные районы. И вообще, говоря о Гомельской области, могу без преувеличения сказать, что у нас тут свое mentality, мы на все имеем особое мнение! Поэтому чаще всего договориться, даже между коллегами по бизнесу, не получается. Во многом благодаря ситуации с местными властями. Кому-то в Петрикове или Лельчицах намного проще сыскать дружбу и чиновничье понимание, чем, скажем, в Гомельском районе. Поэтому участие усадебщиков из тех же из Лельчиц в «движении единения», само собой, исключается. То есть, мы вот встречаемся, и будто бы даже какая-то коллегиальная дружба существует, но чтобы сообща «идти на баррикады», то иных уж нет, а те далече! У нас ведь с господдержкой вообще ситуация особенная. Тебе в лицо никто не скажет «нет». Наоборот, могут пообещать «проработать вопрос, обсудить с товарищами». А в итоге, когда такие «проработки» начинают растягиваться на неопределенное время, то поднимать вопрос вновь отпадает всякое желание. Вот и получаем на своих участках – то ли агро, то ли эко, но только точно не туризм. Тут уж – кто во что горазд: и охота, и рыбалка, и просто хмельные сабантуи.

– А лично у вас имеется опыт хождения во властные кабинеты «за идею»?

– Да, конечно, и еще какой! В качестве примера могу привести мою инициативу, с которой я на протяжении нескольких лет настойчиво, упорно «штурмовала» Гомельский райисполком. Речь идет о дальнейшем развитии агроэкотуризма в поселке Красный, где, собственно, и находится моя усадьба. Идея заключается в следующем. Непосредственно рядом с моим участком находится пустырь площадью 4 гектара. Эти земли принадлежат местному лесхозу. Однако земли эти, видимо, настолько истощены и выжжены, что на них, как ни старались лесники, увы, ничего не растет. Там и каштаны дважды высаживали – они дважды погибали. Я неоднократно ходила в райисполком и слезно просила их: передайте эту землю сельскому совету. Дайте людям, молодым и инициативным, попробовать свои силы на этой земле. Ведь столько вариантов развития территории: проведение свадебных, каких-то других торжественных мероприятий на природе, создание там спортивных площадок, декоративных зооферм… Да мы бы там пруд, в конце-то концов, могли вырыть и зарыбить его! Ведь придут люди со своими средствами, своими идеями и полные сил, чтобы создать там агроэкотуристический комплекс, целевую экодеревню!!! В самом начале мне обещали, что более детально ознакомятся с этим проектом, его целесообразностью. Потом мне предложили привести и показать инвестора. Я привела. Инвестора завалили проектами по вложению капиталов в районное ЖКХ, после чего он сбежал в неизвестном направлении. А мне заявили, что я должна создать юридическое лицо, предоставить им подробный бизнес-план развития участка и только после этого, может быть, мне землю предоставят. То есть, опять-таки, не отказали напрямую. Молодцы, находчивые ребята! А сколько сил и времени потратили на изобретение средств, чтобы оставить меня «с носом»…

То есть сегодня есть мой домик, есть баня/сауна и десяток плодовых деревьев на пятидесяти сотках земли. Для чиновничьей отчетности перед облисполкомом, видимо, этого хватает с лихвой. Но! О какой государственной поддержке на местах после всего этого можно вести речь? Между тем само государство непрестанно агитирует людей активнее вовлекаться в развитие нашей земли, туризма через создание агроусадеб.

– А чего так боятся чиновники? Неужели ваша агроусадьба – это какой-то сверхдоходный бизнес и власти просто не хотят отдавать столь лакомый кусок частнику?

– На сегодняшний день моей агроусадьбе 5 лет. За эти годы во все строения, что там есть, в какое-то дополнительное оборудование я вложила порядка 100 тысяч долларов. Сейчас могу сказать, что эти деньги я там просто похоронила. Кстати, это в основном те средства, которые предоставил мой покойный муж – кипрский бизнесмен. Понятно, что только за белагропромбанковский кредит я ничего серьезного построить там не смогла бы.

Назвать мои вложения прибыльными не могу. Во-первых, нет постоянного и возрастающего спроса на услуги экотуризма и просто загородного отдыха, а во-вторых, нет достаточных доходов от предоставления услуг в силу крайне низкой платежеспособности наших людей. Про иностранцев и говорить не приходится, потому что они знать не знают о том, что мы тут, в Беларуси, в Гомельском районе, пытаемся какой-то свой агротуризм наладить. Причина все та же – информационный вакуум в интернете, на прочих международных медиа-площадках.

Если говорить о моих доходах более детально, то ежемесячно агроусадьба приносит где-то 300 $. Примерно половина вырученных средств уходит исключительно на содержание хозяйства, коммунальные и иные платежи. (Кстати, одновременно я там и уборщица, и прачка, и рабочий по содержанию зданий, сооружений). Ну вот, в сухом остатке 150 $. Можно назвать это чистой прибылью при условии, что я сама живу в городе и живу за счет других доходов.

Я тут как-то подсчитала, что при таком уровне прибыли моя усадьба будет окупаться примерно 55–60 лет. Нонсенс, конечно, если учесть, что к тому времени все мои деревянные строения обветшают и усадьбу придется отстраивать заново. В этой ситуации меня радует только одно – все это является собственностью. И если вдруг мне окончательно надоест этот не очень-то прибыльный и такой неповоротливый бизнес, а также бесконечная болтология местных чиновников, я могу все это продать, пусть и за меньшие деньги.

– Как человек, долгое время проживший за границей, можете рассказать, как у них обстоят дела с агроэкотуризмом.

– Ну, разумеется, намного лучше. Под создание агроэкоусадеб, инфраструктуры и специальных маршрутов не только правительство Кипра, но и сам Евросоюз выделяет очень хорошие кредиты под очень выгодные условия. Речь идет о значительных долгосрочных заимствованиях (50–100 тыс. евро) под 2–3 % годовых. И заметьте, речь в данном случае идет о курортном полуострове, в акватории самого курортного Средиземного моря. И вот на фоне множества фешенебельных отелей с роскошной инфраструктурой агроусадьбы создаются где-то в горах, в кипрских деревнях, на периферии. И эти усадьбы востребованы! А делается это для того, чтобы максимально удержать людей на земле, чтобы сохранить сельского жителя и дать ему работу. Дело в том, что в Евросоюзе, как и во всем мире (Беларусь – не исключение), значительное перенаселение городов и довольно слабая численность сельских жителей, фермеров. Поэтому все эти кредиты рассчитаны на закрепление людей, на поддержание предпринимательской инициативы в сельской местности и одновременно на создание дополнительных рабочих мест. И клиентура для этого агротуризма созрела. Европейские бизнесмены устали от многолюдия и суеты мегаполисов, смога, гамбургеров и даже ресторанной пищи. Порядком устали они и от традиционных пляжей-отелей. Они ищут уединения и домашней яичницы-глазуньи на живописных природных ландшафтах.

Организация такого отдыха в странах Евросоюза замечательно реализуется и всесторонне поддерживается на государственном уровне. Не на словах, а на деле!

 

Автор: Владимир Юркевич

Источник: Ежедневник

Read more...

Надольный пообещал единый курс к 1 ноября

17-10-08Журналисты побеседовали с заместителем председателя правления Национального банка Тарасом Надольным, который рассказал, когда белорусам ждать нового курса и описал общую ситуацию на валютном рынке Беларуси. По словам надолного, Нацбанк установит единый курс с 1 ноября этого года.

«Как и обещали, в конце октября мы перейдем к единой торговой сессии. В качестве краткосрочной тактической задачи мы ставим перед собой цель не позднее 1 ноября перейти к единой торговой сессии и единому обменного курс», - сказал Надольный

- Тарас Юрьевич, в чем причина резкого ослабления белорусского рубля в последние дни?

- Главная причина заключается в низком объеме предложения инвалюты на допсессии, что приводит к сокращению объемов торгов. Однако, именно незначительные объемы сделок, которые сейчас формируют курс, свидетельствуют о том, что ослабление белорусского рубля нельзя считать показательным. Сложившийся сегодня курс является не вполне адекватным, в значительной степени он спекулятивен, так как курсообразование происходит вне реальных потоков экспорта-импорта. С другой стороны, мы не можем сказать, что непосредственно на бирже происходят спекуляции - порядка 36% покупаемой валюты на допсессии идет на сырье и материалы для чистых импортеров, в основном, это частные компании. В последние дни их доля в общем объеме спроса возрастает с учетом динамики курса. Вторая по значимости доля спроса - погашение валютных кредитов. Таким образом,отложенный спрос все более активно проявляется на допсессии.

- Тем не менее, вы назвали курс спекулятивным, почему?

- Многие наши субъекты стремятся к легким деньгам. Они берут пока еще относительно недорогие рублевые кредиты, и эти средства, в том числе, выливаются на биржу, увеличивая спрос на валюту. Да, пока курс ослабляется, но не все так однозначно. Банки должны понимать, что обменный курс находится в условиях неопределенности, в течение месяца он колеблется в разные стороны, и поэтому сейчас резко усилились риски неплатежеспособности клиентов, в том числе по потребительскому кредитованию. Банки, наращивая сейчас выдачу рублевых кредитов, удваивают свои риски: на фоне дальнейшего повышения ставок на процентные риски накладываются риски валютные. Банки должны учитывать эти факторы при формировании активных операций.

- Какое влияние на ход торгов на допсессии оказывает Национальный банк?

- Национальный банк не оказывает существенного влияния на ход торгов на допсессии. Интервенции мы проводим, ориентируясь на те суммы, которые купили в период укрепления рыночного курса белорусского рубля - они составили чуть более $100 млн. Объем ежедневных валютных интервенций колебался в сумме до $10 млн за редким исключением. В настоящее время объем направленных на валютные интервенции средств соответствует той сумме валюты, которая ранее была куплена. Ранее сформированные резервы на цели поддержания курса пока не задействованы. Ограниченный объем интервенций также в значительной степени оказал влияние на динамику курса в последние дни. Непосредственно золотовалютные резервы направлять на поддержание курса нецелесообразно, так как основной спрос на допсессии формируют чистые импортеры, которые стоимость курса закладывают в стоимость импорта. Мы не будем тратить резервы для компенсации малых объемов предложения в интересах импортеров. При этом спрос на допсессии от госсектора остается неудовлетворенным, так как он колеблется на уровне 7,5-8 тысяч за доллар, а курс превысил 9 тысяч.

- Каков ваш прогноз: следует ли ожидать дальнейшего ослабления белорусского рубля или он может укрепиться?

- Нет ничего страшного в том, что курс развернулся и пока слабеет. Точно также он может вновь развернуться и укрепляться. В начале торгов на допессии все ожидали резкого падения, а курс пошел на укрепление без участия Национального банка. При этом курс, который уже сложился, на мой взгляд, является достаточным для начала продажи валюты экспортерами. Но их сдерживает необходимость уплаты налога на прибыль с курсовых разниц. Это препятствие будет устранено после перехода на единый курс, и мы ожидаем, что курс развернется в обратную сторону. Кроме того, в ближайшие дни начинается налоговая неделя, экспортерам потребуется рублевая ликвидность и предложение валюты вырастет, что предполагает укрепление курса. Похоже, что рынок наличной валюты может стать предвестником такой тенденции, так как от банков вновь стали поступать сигналы о дефиците рублевой наличности в пунктах обмена валют - это свидетельствует о росте предложения валюты со стороны населения. Таким образом, есть все предпосылки для восстановления белорусского рубля с учетом необходимости дальнейшего ужесточения монетарной политики.

- Дополнительная сессия будет закрыта?

- Скорее, будет закрыта, так называемая, основная сессия на бирже, а то, что сейчас называется дополнительной сессией, станет единой торговой сессией. На единой сессии будет сконцентрирован весь объем спроса и предложения инвалюты, в том числе в рамках обязательной продажи части валютной выручки. Допсессия, как временный инструмент, выполнила свою роль рыночного ориентира, отработаны технические моменты и необходимые механизмы восстановления валютных позиций банков. Теперь основной задачей является обеспечение предложения валюты на бирже. Такой приток может быть обеспечен за счет слияния курсов на рыночных принципах. При этом надо учитывать, что в условиях разницы курсов объем обязательной продажи валюты в данное время фактически составляет 16% от экспортной выручки, а не 30%, как это предусмотрено нормативными документами. Де-факто такая ситуация сложилась несмотря на принятие указа об отмене льгот по обязательной продаже части валютной выручки.

- На каких принципах будет сформирован единый курс?

- Курс, который будет складываться в рыночных условиях на единой торговой сессии, станет единым и официальным обменным курсом. Режим курсообразования, к которому переходит Национальный банк, является режимом управляемого плавания. Будет гибкий курс, но с контролем со стороны Национального банка за его спекулятивным ослаблением или укреплением. Практически такой подход соответствует тому, как в настоящее время Национальный банк ведет себя на допсессии: например, мы определили, что 200 или 300 рублей - это достаточное снижение, исходя из текущего спроса-предложения, и дальнейшее ослабление сдерживается за счет интервенций. В случае превышения предложения над спросом Национальный банк будет осуществлять рублевые интервенции и покупать валюту. Такой подход позволяет управлять курсом, используя относительно небольшие объемы интервенций.

- Будут ли предприняты дополнительные меры валютного регулирования при переходе к единому курсу?

- При переходе на единую сессию мы пересмотрим подходы к ограничениям на валютном рынке в сторону либерализации, особенно, при тенденции укрепления белорусского рубля. На наличном рынке никаких ограничений, кроме продажи инвалюты по паспортам, вводить не планируется. Не планируется и ограничивать маржу банков при продаже валюты в пунктах обмена валют.

- Будет ли дополнительно ужесточена монетарная политика для сжатия рублевой массы?

- Да. Правление Национального банка уже приняло решение с 14 октября повысить ставку рефинансирования с 30% до 35% годовых. Ставки денежного рынка повышены с 40% до 50% годовых. Будут приняты решения по сокращению доступа банков к стандартным инструментам поддержки ликвидности, в том числе к постоянно доступным инструментам. Мероприятия разрабатываются и в ближайшее время они будут доведены до банков. В целом следует ожидать дальнейшего ужесточения денежно-кредитной политики, в том числе по стандартному эмиссионному каналу рефинансирования банков.

- Какова ожидаемая динамика изменения золотовалютных резервов?

- Как уже сообщалось, достигнуты договоренности со Сбербанком РФ о выделении кредита на $1 млрд. Эти средства будут в полном объеме зачислены в резервы.

- Какие концептуальные подходы Национальный банк закладывает при разработке Основных направлений денежно-кредитной политики на 2012 год?

- В первую очередь речь идет о продолжении жесткой денежно-кредитной политики. Предусматривается выведение ставок денежного рынка на положительный уровень. В части курсообразования будет осуществлен переход к гибкому обменному курсу без утверждения формальных коридоров его колебаний с контролем со стороны Национального банка за резкими колебаниями курса. Рублевая масса будет сокращаться, в том числе за счет дальнейшего снижения финансирования госпрограмм.

Напомним, что сегодня курс доллара по итогам торгов на дополнительной сессии Белорусской валютно-фондовой биржи курс доллара не изменился, оставшись на прежней отметке в 9010 рублей.

 

Источник: Интерфакс-Запад


 

Read more...

Миссия

Продвигать аналитику для информирования и выработки доказательной политики, адвокатировать развитие частного сектора.

Портал ЭКОНОМИКА.BY

О портале

For using special positions

http://ekonomika.by

For customize module in special position

http://ekonomika.by

Template Settings

Color

For each color, the params below will give default values
Blue Green Red Radian
Select menu
Google Font
Body Font-size
Body Font-family