wrapper

Новости

Актуальное интервью

Бурба: Беларусь может и должна быть лучше соседей

13-07-12-09Одна из них – Cisco. О том, как работается компании в Беларуси, каким ей видится IT-рынок, какие технологии сделают нашу жизнь лучше, BEL.BIZ поговорил с главой представительства Cisco Павлом Бурбой.

– Представительство Cisco открылось в Беларуси в 2008 году. Насколько сложным был вход на рынок?

– Первую продукцию компания поставила в Беларусь еще в начале 1990-х. Тогда то, что называлось первым белорусским интернетом от Белтелеком, базировалось на продуктах Cisco. Во многом благодаря партнерам, к моменту открытия представительства у нас была существенная, лидерская доля рынка. Так что вхождения, как такого не потребовалось.

– В Беларуси основа экономики – госсектор, для которого чаще всего IT-технологии – что-то далекое от производства и поэтому ненужное. Как складывается сотрудничество? Или основные ваши клиенты – частный бизнес?

– Ситуация действительно сложная. В руководстве крупных госпредприятий в основном «крепкие хозяйственники». Люди, которые прошли всю вертикаль, хорошо представляют производственный процесс, но, в большинстве своем, не понимают ценность IT. Для них это вторичный ресурс, расходная часть бюджета, финансирующаяся по минимуму, если не по остаточному принципу. В этом наше коренное отличие от лидеров мирового рынка, Запада и от многих стран Востока.

Сегодня в мире очень четко сформулирована концепция, согласно которой IT-руководитель (по американской терминологии – CIO) входит в иерархию руководителей наравне с CEO, CFO и прочими, определяет и реализует стратегию развития предприятия. Мы пока от этого очень далеки.

Другая проблема: даже если деньги и выделяются в нужном количестве, то они, в основном, тратятся неэффективно. Помню, в 2009 году на одном из совещаний премьер Сергей Сидорский сказал: «Что вы мне каждый год докладываете о покупке компьютеров? Неужели их столько нужно? Куда они идут?». И он был прав, хотя, скорее всего, интуитивно – эпоха персональных компьютеров позади. А у нас по-прежнему покупают массу компьютеров, делают им апгрейд вместо того, чтобы вкладывать эти деньги в технологии будущего. Кто-то должен положить этому конец.

– Но ломать эти стереотипы удается? Вы как-то убеждаете?

– Мы показываем, какой экономический эффект дает каждое наше решение в перспективе. Мы показываем, что IT – это действительно платформа для развития предприятия, запуска новых продуктов и услуг, ведения эффективной маркетинговой политики и пр. Нам очень помогают партнеры, которые ведут большую работу с клиентами как государственного, так и негосударственного секторов.

– Можно ли сказать, что в каких-то отраслях внедрение IT-технологий идет быстрее?

– В Беларуси четко лидирует отрасль связи – здесь мы уже находимся на мировом  уровне. Люди, работающие в компаниях-операторах связи, – профессионалы. Но и они зачастую зажаты организационными структурами, отсутствием свободного капитала. Если бы не это, мы давно достигли бы уровня мировых лидеров.

– Как использовать IT-технологии в медицине?

– Самый яркий пример того, что можно сделать на основе IT-технологий в медицине – создание уникальной медицинской записи для каждого человека, которую можно всегда носить с собой. Дабы в экстренном случае врачи скорой помощи не ошиблись, проводя оперативное лечение, и не навредили человеку лекарством, которое ему противопоказано. Для создания такой системы нужны  инфраструктура, центры обработки и единые базы данных. Передать сигнал от кареты скорой помощи до центра в Беларуси нет никакой проблемы: мы на 100% покрыты мобильной связью. Но как дальше будет обрабатываться информация, как запись из поликлиники попадет в центральную базу данных? Сегодня большинство медучреждений оснащено оборудованием, которое может работать в цифровом режиме и передавать эту информацию. Вопрос – как грамотно распорядиться ей.

– А как насчет сферы безопасности? Какие технологии вы видите здесь?

– В первую очередь, это видеонаблюдение. Во всех развитых государствах на каждом доме установлена видеокамера, а в Москве она есть на каждом подъезде. У Cisco есть технология видеонаблюдения, которая базируется на IT-протоколах и широко развита. В Беларуси надо обязательно это развивать, причем не только в городах, но и на дорогах.

Нельзя сбрасывать со счетов и вопросы информационной безопасности. Это огромный фронт работ – создание единых защищенных структур. На данную тему был указ президента, в котором описаны критически важные узлы информации, т. е. над этим уже идет работа.

– В какой стране вам проще всего работать? В чем конкурентные плюсы и минусы Беларуси?

– Проще всего вести бизнес в Грузии – абсолютно демонополизированное государство. В отрасли связи там существует несколько крупных магистральных операторов и множество мелких. Открытие бизнеса за один день, электронный документооборот. У нас есть представительство в Грузии, но благодаря современным технологиям связи офис там нам не нужен. Невмешательство государства дало сильнейший толчок для развития бизнеса. Есть некий социальный договор. Людям и бизнесу нравится то, что государство без нужды не вмешивается в их дела, обеспечивает правопорядок в стране и всячески поддерживает хорошие инициативы. Но и налоги власть собирает очень четко. Так, впрочем, дело обстоит во всем развитом мире. Нам, к сожалению, до общественного договора далеко. Со стороны людей, прежде всего. У нас, какие бы условия не создавались, все равно многие будут стараться их обойти, найти сиюминутную выгоду.

Хорошо идет бизнес в Молдове. Страна четко ориентирована на стандарты ЕС. Треть населения живет за пределами страны, причем в западном направлении. И они, конечно, приносят оттуда менталитет, принципы работы и т. д.

Беларусь может и должна быть лучше соседей, просто обязана быть эффективнее во всех отношениях. В ЕЭП мы должны быть эффективнее России и Казахстана, иначе придется очень тяжело. Инфокоммуникационные технологии могут стать большим подспорьем в повышении эффективности работы каждого человека, предприятия и страны в целом. У нас хороший опыт  в области ИКТ еще с советских времен, налажена система подготовки кадров – это большой плюс и этим нужно воспользоваться.

– Какие технологии будут определять наше ближайшее будущее?

– Первое – это видео. Сейчас оно составляет 75% всего контента, который есть в Сети.

Второе – «облако». Возьмем, к примеру, образование – планшеты школьникам раздадим и будем флешками на них контент закачивать? Должна быть возможность с любого вычислительного устройства получать доступ к образовательным данным, хранящимся на надежной серверной платформе, в этом самом «облаке».

И третья технология – мобильность. Любые наши данные, любой контент, который нас интересует, должны передвигаться вместе с нами, в любой точке мы должны его получить.

Перечисленные технологии уже в ближайшем будущем станут определять наш образ жизни.

– В представительстве Cisco в Беларуси американский стиль управления? Насколько белорусы встраиваются в такой стиль?

Все сотрудники корпорации, все 70 000, подчиняются Кодексу делового поведения. Каждые полгода мы проходим сертификацию, подтверждая соблюдение и выполнение этого кодекса. Поэтому касательно поведения, стандартов работы, отношения к клиентам, партнерам и так далее – все четко. Есть, вместе с тем, вещи, которые в наш менталитет не очень вписываются. Например, матричное управление. Мы с детства привыкли, и это культивируется до сих пор, к иерархической системе управления. Есть руководитель, есть ветви управления – и ты где-то там. В западных компаниях по-другому. В нашем представительстве есть персонал, который подчиняется мне, я подписываю бухгалтерские ведомости и выдаю им зарплату. И в то же время по направлениям деятельности у них есть свои руководители, которые курируют их узкие специализации, занимаются их персональным развитием и т. п. То есть фактически у них двойное подчинение. Многим нашим людям сложно понять, кто же здесь руководитель, кого слушать, кто главнее.

Вторая проблема – у нас до сих пор работают на уровне приказов и указаний. На Западе это уровень согласия. Если сегодня есть вопрос, который нужно обсудить между мной, моим подчиненным и вторым его руководителем, то это не значит, что я приказал, а они исполнили. Да и не привыкли наши люди долго дебатировать: обсудили и пошли что-то делать. А там вопросы долго обсуждаются с целью прийти к компромиссному решению.

Еще у нас привыкли, что если хорошо работаешь, все исполняешь, то тебя потом повышают в должности. Или дают привилегии. На Западе же твоя карьера – это твоя карьера. Возможности роста никто не закрывает, но это только в руках самого сотрудника.

Во всем остальном нет проблем, если человек компетентен и находится на своем месте.

 

Автор: Ирина Юзвак

Источник: BEL.BIZ

 


 

Read more...

Выбор белоруса: гарантированная зарплата или риски бизнеса

29-06-12-04Предпринимателями не рождаются, а становятся. Но какие факторы побуждают наших соотечественников сделать первый шаг – зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя или создать малое предприятие?

Эксперт Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра (BEROC), экономист Мария Акулова знакомит читателей портала BEL.BIZ с результатами исследования «Что определяет выбор в пользу самозанятости в Беларуси?».

– Как проводилось исследование, какую цель вы ставили перед собой?

– Мы обработали большой массив официальных данных выборочного опроса домашних хозяйств, который ежеквартально проводит Белстат. Анализировались самые разнообразные данные участников опроса: уровень доходов, образование, опыт, возраст, отношение к риску, состояние здоровья и пр.

Цель – помочь белорусским властям в выработке эффективной политики развития самозанятости в стране. В Казахстане в малом бизнесе 21% работающего населения, в Украине – 28%, а в Беларуси – только 13%. Причем доля ИП составляет всего 4,5% от общего количества активных работников. Этого мало, если учитывать роль малого бизнеса в наполнении бюджета, росте ВВП, повышении конкурентоспособности и экономической экспансии многих государств мира. Также малый бизнес, создавая новые рыночные ниши и рабочие места, повышает гибкость и устойчивость экономики и мобильность рынка труда. Сегодня это особенно важно, тем паче – миру угрожает вторая волна экономического кризиса.

Кроме того, не нужно забывать, что, начиная с 2012 года, стране предстоят крупные выплаты по внешнему долгу, достигшему 63% от ВВП. Это может подтолкнуть власть к началу масштабной приватизации, за которой последуют реструктуризация и модернизация предприятий и, как следствие, сокращения работников. Самозанятость и новые рабочие места в малых и средних предприятиях могли бы предотвратить резкий рост безработицы.

Таким образом, государство объективно заинтересовано в поощрении предпринимательской активности населения. Но, чтобы политика в отношении самозанятости приносила успех, ее разработчики должны иметь ясную картину о том, какие мотивы движут начинающими предпринимателями.

– В этом плане белорусские предприниматели как-то отличаются, скажем, от европейских?

– Как выяснилось, да. Многочисленные исследования, проводимые в странах Организации экономического сотрудничества и развития, показывают, что стремление к самозанятости в первую очередь связано с возрастным фактором и уровнем образования. Чем старше становится человек и больше набирается опыта, тем чаще задумывается о том, чтобы начать работать на себя. Чем выше у работника уровень знаний, тем сложнее работодателю удовлетворить его интересы и тем притягательнее идея создать собственный бизнес.

В Беларуси все не так. У нас возраст человека, который подумывает о предпринимательской стезе, на выбор практически никак не влияет. При этом средний возраст белорусского предпринимателя (40 лет) лишь немного ниже среднего возраста наемного работника (41 год). Мало отличается у самозанятых и наемных работников и уровень образования: в обоих секторах средняя продолжительность обучения составляет 12–13 лет. Еще более интересен другой вывод исследования: уровень образования практически никак не сказывается на уровне доходов самозанятых людей. Если наемному работнику диплом престижного вуза помогает получить высокооплачиваемую работу, сделать карьеру, то предпринимателю полученные в вузе знания, выходит, не дают никаких конкурентных преимуществ.

 

– Как вы это объясните?

– Полагаю, дело в оторванности высшего образования, в частности экономического, от требований рынка. В «нулевые» годы в этой области хотя бы начали происходить какие-то изменения к лучшему. Те же, кто получал диплом в 1990-е, фактически учился по программам советского образца, которые никак не учитывали особенности транзитивной экономики и не давали практических навыков ведения бизнеса в условиях современного рынка.

– Какие еще штрихи к портрету белорусского предпринимателя добавляет ваше исследование?

– Самозанятые зарабатывают в среднем лишь в 1,1–1,3 раза больше, чем наемные работники. Характерно, что коэффициент вариации доходов среди предпринимателей составляет 94% у мужчин и 87% у женщин (женщины, в целом, зарабатывают несколько меньше). Аналогичный коэффициент вариации доходов наемных работников – 68% для мужчин и 71% для женщин. Различия в данном коэффициенте свидетельствуют о том, что дифференциация предпринимателей по средним доходам выше по сравнению с наемной рабочей силой. Учитывая политические и фискальные риски предпринимательской деятельности в нашей стране, денежный «приз» выглядит не слишком притягательно. И, как показывают опросы домашних хозяйств, в предприниматели у нас чаще всего идут, когда вообще не видят для себя перспектив на рынке наемного труда. В целом же, для многих пусть и невысокая, зато гарантированная зарплата наемного работника привлекательнее рисков и возможностей работы на себя.

Очевидно, что государство, с одной стороны своей политикой полной занятости, а с другой – дискриминацией частного бизнеса, сводит к минимуму предпринимательский потенциал населения. Еще один важный штрих – гендерные различия. Если белорусские женщины-предприниматели очень похожи на зарубежных коллег своей готовностью идти на риск, то с мужчинами ситуация противоположная. Результаты исследования создают впечатление, что сильный пол готов идти в предприниматели, только если на 100% уверен в успехе будущего бизнеса. Возможно, дело в повышенной ответственности по отношению к своей семье. Но почему-то такая гиперответственность не свойственна российским мужчинам, готовым рисковать ради шанса на улучшение уровня жизни своей семьи.

– Что, на ваш взгляд, следует делать властям в сфере самозанятости?

– В рейтинге Международной финансовой корпорации и Всемирного банка «Ведение бизнеса 2012», Беларусь улучшила свою позицию в мире с 91 места в 2011 году на 69-е – в 2012-м. В то же время, например, в рейтинге условий налогообложения Беларусь находится на 156 месте в мире. Нашей стране предстоит еще многое сделать для упрощения законодательства, защиты прав собственности, ослабления пресса контролирующих органов, создания равных условий для госпредприятий и частного бизнеса. Нужно перестраивать высшее и среднее специальное образование, чтобы оно отвечало вызовам рынка; стимулировать развитие бизнес-образования и системы тренингов, помогающих людям определять и развивать свои профессиональные и предпринимательские способности. Необходимо поощрять инвесторов, готовых вкладывать в стартапы и развитие бизнес-инкубаторов. Потенциальным предпринимателям будет легче преодолеть свои естественные страхи, если они почувствуют, что государство в них заинтересовано и не оставит один на один с возможными проблемами.

 

Автор: Юрий Смирнов

Источник:  BEL.BIZ

 


 

Read more...

Длигач: Как не превратить ЧМ по хоккею-2014 в Евро-2012

22-06-12-31Взрывы, проститутки, скандалы в Раде, суд над Тимошенко, незавершенные объекты, взвинченные цены… Всем этим Украина изрядно подпортила себе имидж, считает Андрей Длигач, генеральный директор группы компаний AdvnterGroup, ведущий эксперт Украинской ассоциации маркетинга. Беларуси, которая примет Чемпионат мира по хоккею 2014 года, важно учесть ошибки соседки, поэтому BEL.BIZ решил подробно расспросить эксперта об украинском опыте.

– Андрей, какие ошибки вы заметили при подготовке Евро-2012 в Украине?

– Прежде всего, не было взвешенной коммуникационной стратегии и бренд-стратегии. Каждый участник процесса искал свою собственную личную сиюминутную выгоду. Гостиницы, авиаперевозчики, рестораторы, как бизнес, так и государство были озабочены лишь зарабатыванием денег, сразу и много. Поэтому цены взлетели до небес. Интересно, что на этом фоне, спасать репутацию страны взялись сами украинцы. Они объявили о том, что готовы бесплатно размещать у себя гостей Чемпионата, встречать их на своих машинах в аэропорту.

– Но разве не в этом главная задача – отбить вложенные деньги?

– Такие крупные спортивные проекты делаются с одной единственной целью – развитие положительной репутации страны. А когда политики не могут договориться о каком-то моратории на взаимные оскорбления в период Евро, когда большая часть действий правительства направлена на подрыв репутации, все финансовые и другие ресурсы, которые были потрачены на этот проект, просто идут в трубу.

– С чего надо было начинать, по вашему мнению?

– Первое – с команды. В ней должны быть люди, не меняющиеся в течение всего периода подготовки и продвижения, люди, которые несут ответственность. Второе – необходимо четкое понимание, зачем нам нужен этот чемпионат и что мы хотим сказать всему миру о себе. После строить четкую бренд-стратегию: коммуникационный брендинг, развитие инфраструктуры, городского хозяйства, может быть даже национального хозяйства, поскольку мало сделать хороший аэропорт. Ошибкой Украины было следовать европейским стандартам. Что ведь получается: европеец приезжает в европейского типа аэропорт, живет в европейского типа гостинице, ходит в европейского типа рестораны, на европейского типа стадион, пьет европейское же пиво и уезжает. Может быть, для инвесторов это плюс. Но турист не запомнит страну, ему будет неинтересно сюда вернуться, ведь тут все так же, как дома. И стратегию ни в коем случае нельзя принимать демократическими методами: голосованием, референдумом или всенародным обсуждением, на это могут уйти десятки лет.

– Кто, на ваш взгляд, должен быть в команде по разработке бренд-стратегии страны?

– Конечно, стратегию должны разрабатывать стратеги. Люди, которые, с одной стороны, могут представлять будущее, не обязательно прогнозировать, но, благодаря креативному складу, могут почувствовать. С другой стороны, это классические стратеги, аналитики, которые смогут оценить текущее отношение к Беларуси, просчитать, что нужно менять, а что использовать, оценят эффективность коммуникаций, спрогнозируют потоки, которые можно направить в страну.

– Для Беларуси подготовка к ЧМ-2014 началась с целой кампании, призывающей бойкотировать чемпионат в нашей стране. Как исправить негативный имидж?

– Надо просто делать дело, заниматься организацией и проводить отличный Чемпионат. Идти на поводу у других стран – это не удел лидеров. Я говорю без личной оценки, только по формату. От Украины тоже требовали освободить Тимошенко и призывали к бойкоту. Но есть процедура опровержения, есть европейский суд, и процесс этот идет. Выпускать только потому, что потребовали другие страны, это значит, унизить достоинство своей страны. Александр Лукашенко понимает, что он – ключевая часть бренда страны. И ему нужно четко определиться: если этот Чемпионат важен для него и для Беларуси, то необходимо сделать все, чтобы его провести. И даже если придется чем-то пожертвовать в его представлении, то это будет правильно. А любой негатив можно превратить в позитив, но только этим надо грамотно заниматься.

– А вообще, стоит ли привлекать к таким тонким делам, как бренд-стратегия страны, зарубежных специалистов?

– Вопрос не в том: зарубежные или отечественные специалисты, а в том – плохие или хорошие. Настоящий белорус – не тот, кто живет в Беларуси, а тот, кто любит Беларусь. Нет ничего плохого, если логотип или стратегию для Беларуси разработают россияне или украинцы. Плохое заключается в непрофессионализме, в превалировании кланового и местечкового интересов, которые не позволят сделать то, что будет работать на страну. Я видел много белорусских очень простеньких брендов, но настолько искренне сделанных, что для своих товарных категорий они подходят, но для продажи в Европу уже не годятся. Так же и со страной – если бренд страны делается для дизайнеров, а стратегия – для чиновников, тогда это продукт для внутреннего потребления. Иногда важно, чтобы кто-то посмотрел на тебя со стороны и помог тебе. Если ты не для себя это делаешь, это должно нравиться не только тебе.

 

Автор: Ирина Юзвак

Источник: BEL.BIZ

 

 

Read more...

Белорусские компании еще не используют все возможности в Польше

31-05-12-09Генеральный директор Польско-белорусской торгово-промышленной палаты (ТПП). Закончил факультет Экономики производства в Высшей школе планирования и статистики в Варшаве. Руководил предприятиями, представлял общественно-профессиональные организации работников сельского хозяйства. Выступал автором статей и книг в области экономики, планирования и инвестиций.

Статус соседствующих государств не всегда обеспечивает паритет и стабильность в экономических отношениях.

В 2011 году ранее положительное сальдо в торговле с Польшей переросло в отрицательное, достигнув по данным Министерства экономики Польши $506,5 млн (по данным Национального статкомитета Беларуси положительное сальдо составило всего $166 млн). Общий товарооборот между республиками за прошедший год составил $3,2 млрд (по белорусским данным товарооборот составил $2,4 млрд). С долей 3-5% от товарообращения страны Польша замыкает шестерку крупнейших торговых партнеров Беларуси.

Интерес соседей в экономической либерализации Беларуси огромен. В середине апреля Министерство иностранных дел и Биржа ценных бумаг Польши, а также польские НПО выступили со-организаторами конференции по приватизации в Варшаве. Однако на конференции не прозвучало мнений представителей бизнеса.

Как же на самом деле формируются отношения между предпринимателями двух стран, и какие объекты могут быть интересны польским инвесторам в случае приватизации? С этими вопросами мы обратились к Казимежу Здуновски, генеральному директору Польско-белорусской торгово-промышленной палаты (ТПП).

– Какие существуют возможности для польских инвесторов в Беларуси?

– Самые лучшие! Приведу пример. Польская компания «Инкофуд» осуществила крупную инвестицию на территории СЭЗ «Брест» в 2001 г. Построили завод вместе с белорусскими партнерами. Сейчас строят очередную фабрику в Украине, но уже как совместный польско-белорусский проект.

Другой пример – это компания «Атлас» [производитель строительной химии и поставщик сырья – прим. BEL.BIZ], которая искала новые рынки. Найти рынок – это в первую очередь найти партнера. Таким партнером оказался «Тайфун» в Гродненской области. «Атлас» купил эту компанию вместе с ее проблемами и достижениями. Два года ушло на обучение тому, как работать в конкретных условиях. Как только появилось понимание белорусского рынка, решили построить завод. Сейчас это предприятие является самым современным во всей группе «Атлас».

– Как вы помогаете белорусским инвесторам в Польше?

– Белорусские компании еще не используют все возможности в Польше. Частные предприятия пока не проявляют интерес к борьбе за трудный рынок и твердые деньги, так как их приоритет в рамках ЕврАзЭС известен. Там им проще зарабатывать, чем в Польше или ЕС. Беларусь выиграла в лотерею за одну ночь. Теперь нужно закрепить преимущества путем модернизации предприятий и создания новых.

– Как и когда лучше проводить приватизацию?

– Экономисты знают, как сделать из частного предприятия государственное. Но никто еще не решил вопрос, как проводить приватизацию. Что такое приватизация? Как приватизировать? Кому принадлежат объекты? Народу? Значит нужно делать приватизацию через народ!

– Оправдает ли себя ваучерная приватизация в условиях слабо развитых финансовых институтов, отсутствия рынка ценных бумаг?

– А кто сказал, что этот рынок ценных бумаг должен быть? Все методы приватизации имеют свои преимущества и недостатки. Приведу пример из польского опыта. Во фруктово-овощном секторе существовало множество крупных и небольших предприятий в районах. Теперь их почти не осталось, хотя все были «настоящими» методами приватизированы! Кто покупает фабрику, чтобы ее закрыть? Тот, кто имеет собственное производство, но не имеет рынка. Тем не менее, многие компании, приватизированные в Польше, развили деятельность, перешли в новые сектора, переросли в международные холдинги.

А как сделали приватизацию в Чехии? Покажите предприятия, которые не работают? Большинство работает! Предприниматели и менеджеры активны. Приватизация – это не точная наука. Хочу подчеркнуть, что каждая страна выбирает свой путь. Главное, чтобы приватизация проводилась для граждан конкретного государства, а не абстрактного инвестора.

[В Польше в 90-х кроме ваучеров использовался радикальный метод банкротства предприятий и распродажи имущества в целях выплаты займов. Правительство Чехии оптимально объединило денежную (выкуп, аукционы) и массовую (ваучерную) приватизацию, что обеспечило темп развития и высокий уровень занятости – прим. BEL.BIZ]

– Есть ли объекты, которые интересны польским инвесторам?

– Да, компания «Атлант», которая выпускает холодильники. Это очень интересное производство, у компании есть рынок и известный бренд. Там могут быть серьезные инвестиции. Но есть и другие предприятия, работающие на внутренний и региональный рынок, но они нуждаются в модернизации, освоении современных технологий, новых методах управления и ориентире на европейских заказчиков. Сейчас нужны инвестиции, не притягивающие внимания политиков и средств массовой информации, а обеспечивающие создание рабочих мест, достойную оплату труда и приличную рентабельность.

– С какими сложностями сталкиваются предприниматели в Беларуси?

– Я не знаком с примером того, чтобы какой-то предприниматель хотел организовать бизнес, сотрудничество или инвестиции и не смог, или чтобы ему кто-то помешал. Я с этим не сталкивался, а работаю в ТПП уже четыре года. Но есть много глупостей и с белорусской и с польской стороны. Например, на границе. Было время, когда таможенники двух стран работали вместе, но теперь не могут договориться. Но это как власть, которая происходит от Бога, а я политикой не занимаюсь. А вообще хорошо там, где большая покупательская способность и мало конкурентов, чего желаю нашим белорусским коллегам в бизнесе.

 

Автор: Наталья Коробко

Источник: BEL.BIZ

 


 

Read more...

Эксперт: Если деньги не вложены в экономику, они прогорают

23-05-12-16Беларусь в январе-апреле 2012 года снизила инвестиции в основной капитал в сопоставимых ценах на 15,8% по сравнению с показателем за аналогичный период 2011 года, до 32,7 триллиона рублей. Какие деньги представляют опасность и почему следует бояться роста зарплат, «Завтра твоей страны» рассказал кандидат экономических наук Леонид ЗЛОТНИКОВ.

— Откуда вообще берутся инвестиции в основной капитал?

— Обычно это кредиты банков — процентов 25-30. Процентов 40 составляют собственные средства предприятий, государственный бюджет, деньги населения на жилищное строительство, кредиты иностранных банков или прямые иностранные инвестиции. Но самый крупный инвестор — это собственные средства предприятий.

— А есть ли сегодня у предприятий собственные средства вообще?

— Формально в прошлом году они получили большую прибыль, заплатили высокий налог на прибыль — отсюда и профицит бюджета. По сравнению с 2010 годом в 2011-м прибыль увеличилась в среднем в 2,3 раза. Но это «фиктивная прибыль». Ведь взлетели цены, так что реальных ресурсов у предприятий намного меньше. Кроме того, довольно значительная часть их ресурсов и оборотных средств перетекла в бюджет. Давали прибыль и значительные курсовые разницы.

— У белорусских банков, по словам экспертов, имеется значительное количество избыточной ликвидности. Не бросят ли ее сейчас в реальный сектор экономики?

— Национальный банк пытается стерилизовать эти деньги. То он брал у коммерческих банков кредит на короткое время, под 25-30%, то выпустил облигации, которые коммерческие банки выкупили за эти деньги, и теперь они хранятся в Нацбанке — это избыточная денежная масса. Конечно, эти деньги представляют опасность. Нацбанк, конечно же, выкупит свои облигации, как положено, через пару месяцев, которые скоро закончатся. Так или иначе деньги появятся в обращении, потому что повышаются зарплаты, пенсии, социальные пособия, и это вынудит увеличить денежную массу. Ведь соответствующие обещания уже сделаны.

Нацбанк еще мог бы как-то удержать выход денег в свет, но при увеличении зарплат удержать рост денежной массы никто не сможет, поэтому инфляция, в первую очередь, будет развиваться от повышения зарплат.

— Наличием в Беларуси избыточной ликвидности сегодня озабочен и Антикризисный фонд ЕврАзЭС, от которого страна ждет очередных траншей кредита…

— Естественно. Получилось такое дикое рассогласование: с одной стороны, нельзя вбрасывать деньги в экономику, потому что будет инфляция. И Нацбанк боится повторения ситуации прошлых лет. Ставка рефинансирования была высокая, проценты по депозитам были высокие, и банки понабрали этих денег от населения, даже от россиян, которые меняли свои рубли на доллары и клали их здесь на депозит. Они и заработали. Но так продолжаться не может, ликвидность от этих депозитов у коммерческих банков накапливается, а вложить под высокие проценты ее некуда. С конца марта уже снижены проценты по депозитам, но это пока еще дает хоть маленькую, да выгоду, и средства с депозитов пока не снимают. Но если деньги не вложены в реальную экономику, то они прогорают.

У банков возникают большие процентные риски, нарушается стабильность банковской системы. Может возникнуть ситуация, когда держать деньги на депозитах станет не выгодно, и придется их снимать и переводить в валюту.

Если денежная масса нависнет и падет — это плохо. Если Нацбанк начнет эти деньги скупать, то есть, по разумным ценам продавать валюту, чтобы люди могли ее купить, тогда валютных запасов может хватить на 2-3 месяца, а дальше — ситуация прошлого года. Поэтому Национальный банк боится и рублевой массы, не может ее стерилизовать. Он на время ее берет и платит еще проценты комбанкам, но выкупить ее боится. Ибо возникнут иные проблемы. Такая вот сложилась неустойчивая ситуация.

Автор:  Геннадий Косарев

Источник: Завтра твоей страны


 

Read more...

Антикризисный фонд: рост зарплат увеличит диспропорции в белорусской экономике

14-05-12-05Беларусь намерена довести к концу текущего года среднюю зарплату в стране до 500 долларов. Как планы по росту доходов населения могут сказаться на экономической ситуации в стране? Что необходимо сделать для предотвращения кризисных явлений в белорусской экономике? Ответы на эти вопросы мы постарались получить в Антикризисном фонде ЕврАзЭС (средствами управляет Евразийский банк развития), который является одним из ключевых кредиторов Беларуси

На вопросы информационного агентства БелаПАН отвечает начальник отдела социально-экономической политики Антикризисного фонда ЕврАзЭС Алишер Мирзоев.

— В Минске в последнее время все чаще говорят о повышении зарплат. Президент на днях заявил, что к концу года «надо выходить» на зарплату в 500 долларов. Как эксперты Антикризисного фонда смотрят на планы Беларуси поднять зарплаты?

— После острого валютного кризиса и нестабильности в 2011 году в последние месяцы наметилась стабилизация. Для ее закрепления особенно важно соблюдать фундаментальные принципы устойчивого функционирования экономики. Рост зарплаты в реальном выражении (т.е. с поправкой на инфляцию) не должен превышать роста производительности труда. Нарушение этого правила ведет к раскручиванию инфляционной спирали. Именно это имело место в 2010 году, когда прирост реальной заработной платы более чем втрое превысил прирост производительности труда (соответственно, 33% и 10%). На фоне высоких и увеличивавшихся внешнеторговых дисбалансов это было одной из причин валютного кризиса весной 2011 года.

Если власти собираются поднять среднюю зарплату к концу года до 500 долларов, то при прочих равных условиях это значительно превысит даже самые оптимистичные прогнозы по росту производительности труда. Реализация этих планов увеличит диспропорции в экономике, которые пытается устранить программа правительства, поддерживаемая ресурсами АКФ.

— Полтора месяца назад, в начале апреля, между белорусской стороной и представителями Антикризисного фонда возобновились консультации. Основной целью консультаций являлось обсуждение текущих тенденций в белорусской экономике. Как вы оцениваете нынешнее состояние экономической ситуации в Беларуси?

— Консультации никогда не прекращались, они идут на постоянной основе — стороны ежемесячно или чаще обмениваются визитами. Стабилизация в белорусской экономике налицо, но она еще не завершена. Продолжение стабилизации в текущем и следующем году должно быть приоритетом политики властей. Да, действительно, темпы инфляции значительно снизились, золотовалютные резервы в месяцах импорта увеличились почти вдвое, а внешнеторговые дисбалансы уменьшились. Тем не менее, говорить об уровне стабилизации, необходимом для восстановления здоровой инвестиционной деятельности и эффективной реализации фундаментальных структурных реформ, провозглашенных властями, преждевременно. Так, уровень инфляции в размере 19-22%, на который власти хотят выйти к концу этого года, является всё ещё очень высоким. Учитывая открытость и небольшие размеры экономики Беларуси, достигнутый на сегодня уровень золотовалютных резервов также недостаточен.

Для продолжения стабилизации и повышения устойчивости белорусской экономики к изменениям внешней конъюнктуры важно понимать истинные причины наметившейся стабилизации. Названным позитивным переменам способствовала унификация курса рубля и восстановление рыночного курсообразования, жесткая денежно-кредитная политика и привлечение недолгового финансирования для увеличения международных резервов. Указанную политику, вместе со сбалансированной налогово-бюджетной политикой, необходимо продолжать. В то же время важный вклад в стабилизацию белорусской экономики внесли и внешние факторы — благоприятная конъюнктура и увеличение энергетических субсидий со стороны России. Властям необходимо максимально эффективно использовать благоприятные внешние факторы для реализации структурных реформ, повышения конкурентоспособности экономики страны.

— Каким, по вашему мнению, должен быть уровень золотовалютных резервов в Беларуси?

— Нынешний уровень белорусских резервов соответствует примерно двухмесячному объему импорта. Желательно, чтобы к концу 2013 года Беларусь довела резервы до трёх месяцев импорта. А в среднесрочной перспективе хорошо бы иметь резервы на уровне не менее пяти месяцев импорта.

— Беларусь стала получать кредитную поддержку фонда летом 2011-го, когда страна переживала валютно-финансовый кризис. Месяц назад эксперты фонда отмечали, что в Беларуси сохраняются «риски возобновления негативных тенденций», наблюдавшихся в прошлом году до унификации валютного курса. О каких рисках идёт речь?

— Причин диспропорций, вызвавших кризис в белорусской экономике, немало. Кроме внешних шоков, ключевыми были: чрезмерный рост дешёвых кредитов, включая кредиты в рамках госпрограмм; опережающий рост зарплат по сравнению с ростом производительности труда; низкая эффективность инвестиций, несбалансированное расширение неторговых отраслей экономики и крайне низкий уровень международных резервов. Риски возобновления негативных тенденций существуют, поскольку названные причины взаимосвязаны. Трудно представить, как можно сейчас обеспечить существенный рост реальных зарплат, не увеличив резко кредиты экономике или масштабы квазифискальных операций, или не ухудшив внешние балансы.

В настоящее время в банковской системе Беларуси образовалась значительная избыточная ликвидность. Существует риск, что эта ликвидность будет направлена в реальный сектор экономики. Такой сценарий вполне возможен, если власти пойдут на существенное снижение процентных ставок на финансовом рынке.

Тенденция к снижению инфляции, которая наметилась в белорусской экономике с конца 2011 года, говорит в пользу дальнейшего снижения процентных ставок. Проблема в том, что эта тенденция отражает также и расширение административного контроля над ценами. На наш взгляд, если принимать решения о снижении процентных ставок на основе искаженных ценовых сигналов, диспропорции могут усилиться.

— Ранее Беларусь взяла на себя обязательства по объему приватизации. Согласно договоренностям, по итогам января-сентября 2012 года поступления от приватизации должны составить 1,2 млрд. долларов. Однако к настоящему времени значимые приватизационные сделки совершены не были. Более того, потенциальным инвесторам неизвестно, какие предприятия будут приватизироваться в этом году в Беларуси. Как эксперты фонда смотрят на сложившуюся ситуацию?

— Условие о приватизации в рамках программы с фондом было связано с тем, что Беларуси необходимо увеличивать свои золотовалютные резервы. Если сейчас за счет приватизации Беларуси не удастся их нарастить, то придется принимать иные корректирующие меры, которые обеспечат рост резервов. Такой масштаб корректирующих мер может быть достаточно болезненным, поскольку, скорее всего, приведёт к еще большему сокращению внутреннего спроса через сокращение реальных доходов и инвестиций в экономику. Поэтому обязательства по приватизации следовало бы выполнять.

Белорусское правительство говорит о либерализации экономики и об увеличении роли в ней частного сектора. С этой точки зрения приватизация логична и находится в канве той политики, которую ранее объявило ваше правительство.

— В апреле и мае вы обсуждали с белорусской стороной содержание обновленного Письма о намерениях, в котором перечислены обязательства Беларуси перед Антикризисным фондом в рамках кредитной программы. Переговоры по этому документу еще продолжаются?

— Да, переговоры продолжаются. Мы отправили белорусской стороне новые предложения, которые закрепляют уже достигнутые положительные результаты и позволяют продолжить наметившийся процесс стабилизации.

— Кстати, а с чем связаны ваши рекомендации по ограничению объемов кредитования белорусской экономики?

— Наше предложение связано с планами правительства Беларуси по выходу на инфляцию на уровне 19-22%, а также с его намерениями по кредитованию госпрограмм. Суть нашего предложения состоит в том, чтобы дать возможность белорусской стороне профинансировать госпрограммы в том объеме, в котором запланировали власти. Однако для того, чтобы выйти на запланированный уровень инфляции в 2012-м и снизить её до 8-9% в следующем году, необходимо скорректировать рост кредитов экономике в меньшую сторону.

 

Автор: Дмитрий Заяц

Источник: Белорусские новости

 

 

Read more...

Российский эксперт: Без приватизации Беларусь не сделает экономический рывок

30-04-12-06Насколько высока вероятность приватизации «Беларуськалия», нужна ли «Аэрофлоту» белорусская «Белавиа» и может ли Россия не пустить на свой рынок собранные в Беларуси китайские автомобили? На вопросы «Завтра твоей страны» отвечает начальник отдела аналитики группы компаний FOREX CLUB (Москва), специалист по макроэкономическим рискам Андрей ДИРГИН.

Зачем «Беларуськалию» российский кредит?

— Недавно Александр Лукашенко обвинил иностранные банки, что они через выделение дешевых кредитов крупным белорусским госпредприятиям пытаются захватить их собственность путем приема ее в залог. Заявление прозвучало вскоре после предложения «Сбербанка России» рефинансировать кредит «Беларуськалию»…

— «Беларуськалий» является достаточно кредитоспособной организацией. Для предприятия очень важно привлекать средства на свои инвестиционные программы, в том числе и путем бридж-кредитования. Да и Беларуси важно пополнять собственные резервы.

Естественно, те кредиты, которые предоставляет «Сбербанк», полностью соответствуют его коммерческим интересам. Что касается залога на собственность и так далее, то это — общепринятая практика. Когда случилась первая волна кризиса, очень многие крупные российские компании (такие как «РУСАЛ», например) фондировались за рубежом — там ставки были ниже. Они брали в долг у западных крупных банков. И если бы эти компании не выполнили свои обязательства вовремя, то часть их собственности перешла бы в собственность этих банков. Это общепринятая и распространенная форма кредитования.

— А в чем конкретно могут заключаться выгоды сторон: «Сбербанка» и «Беларуськалия»?

— «Сбербанку» интересно закрепиться на очень выгодном рынке корпоративных кредитов в Беларуси. Тем более у него здесь есть активы. «Сбербанк» работает на долгую перспективу и ничего не проигрывает. А в том случае, если вдруг правительство Беларуси решит продать какую-то долю в «Беларуськалии», скорее всего, эта сделка пойдет через «Сбербанк». Кредит «Сбербанка» — это задел на будущее.

«Беларуськалий» в свою очередь получил по кредиту дешевые деньги. По-моему, ставка составляет LIBOR плюс 3-4%.

— Можно ли было найти еще более дешевый кредит?

— Конечно, если бы «Беларуськалий» занимал на Западе, он мог бы получить ставку 3-4% годовых, без учета ставки LIBOR. Но здесь надо рассматривать совокупность факторов. Во-первых, какой зарубежный банк даст ему кредит? В прошлом году «Дойче Банк» отказался участвовать даже в синдицированном кредите со «Сбербанком».

Чтобы получить западный кредит, надо выполнить хотя бы минимальный набор требований. Так, предприятие должно рейтинговаться международными агентствами, такими как Standard & Poor's, Fitch или Moody's. К сожалению, белорусские компании не имеют возможности выхода на международный рынок фондирования.

— Могут ли, на ваш взгляд, белорусские власти пойти на ценовые уступки и продать хотя бы часть акций «Беларуськалия», исходя из совокупной суммы меньше 30 млрд долларов?

— К «Беларуськалию» проявляет интерес «Уралкалий», крупный российский производитель хлоркалия. Они действуют через совместного трейдера. Интересы предприятий во многом идентичны. Но когда Б еларусь оценивает свой актив в 30 млрд долларов , этот уровень не кажется российским калийным производителям адекватным.

Необходимо нанять независимого оценщика и грамотно оценить бизнес компании. Устанавливая стоимость предприятия на уровне 30 млрд долларов, белорусский президент, конечно, старается защитить интересы Беларуси, получить как можно больше средств. Но я думаю, что, учитывая текущую конъюнктуру на мировом рынке калийных удобрений, стороны могут достигнуть компромисса. И, конечно же, сумма 30 млрд долларов названа не как конечная стоимость. Минск оставил себе определенную возможность для маневра в сторону снижения цены.

Может ли Беларусь обойтись вообще без приватизации?

— На днях Александр Лукашенко сказал: «Не о приватизации надо кричать, а давать возможность инвесторам создавать новые производства». В этот тезис хорошо вписывается Михаил Гуцериев со своим «Славкалием»…

— Гуцериев вряд ли быстро развернется в Беларуси. У него и без того дел хватает. Здесь, скорее, у Беларуси интерес к Гуцериеву. Сомнительно, что кто-то начнет создавать новые крупные производства.

— А может ли Беларусь вообще обойтись без приватизации?

— Постепенно экономика Беларуси восстанавливается после кризиса. Но приватизация потребуется. Вопрос в том, насколько будет приоритетной приватизация именно «Беларуськалия». Ведь это самый главный актив страны.

Самые крупные игроки, заинтересованные в покупке активов «Беларуськалия», — это канадская Potash Corporation и российский «Уралкалий». Канадцы в Беларусь не пойдут, учитывая специфику белорусской экономики. Скорее всего, вложится «Уралкалий».

Хотя речь может идти о продаже 10-15% акций. Можно провести IPO. Кстати, тогда рынок сам оценит стоимость компании.

Сейчас все крупные компании акционированы и готовы к приватизации. Пусть государство начнет с малого — продаст до 15% акций в этих компаниях. Никакой опасности это не представляет. А потом власти посмотрят, насколько это эффективно, и предпримут следующие шаги. Никто не просит Минск продавать весь «Беларуськалий» или даже 49%. То же самое касается других госпредприятий.

Думаю, приватизация, хотя бы частичная, неминуема. Без нее не будет экономического рывка. У государства нет ресурсов. Возьмите, например, историю с кредитом антикризисного фонда ЕврАзЭС. Один транш пропущен и, возможно, еще один транш будет пропущен, потому что не идет процесс приватизации. Соответственно у государства не будет средств.

«Аэрофлот» вряд ли станет покупать «Белавиа»

— Кстати, а есть ли перспективы у самого ЕврАзЭС? В конце 2011 года Беларусь заявила, что это сообщество больше не нужно, так как уже есть более тесная форма интеграции — Единое экономическое пространство.

— Считаю, что перспектив у ЕврАзЭС нет. Когда его создавали, были самые благие цели. Планировали создать эффективный институт с функционирующим механизмом. К сожалению, этого не получилось.

Между прочим, только стараниями Беларуси в свое время удалось несколько оживить ЕврАзЭС. И она была вознаграждена. Ведь в том, что Беларусь смогла немного оправиться от кризисных явлений, есть большая заслуга этой организации.

Но на сегодняшний день это не особо действенный институт. Он напоминает крыловских Лебедя, Рака и Щуку. Каждый тянет одеяло в свою сторону.

Безусловно, Россия является главным донором организации, и в общем-то она может себе позволить ее финансировать. Но сегодня отдача от нее не такая, как ожидалось.

Сейчас основные надежды связаны с Таможенным союзом, ЕЭП и будущим валютным союзом.

— Думаете, эти интеграционные институты будут все-таки реально действовать или потеряют актуальность, как многие другие?

— Да, конечно. Таможенный союз уже работает. И это сейчас самый действенный институт. Но, конечно, до валютного союза еще очень-очень далеко.

— Однако конфликты между Беларусью и Россией все равно возникают, как, например, вокруг «Белавиа».

— Корпоративные войны есть и будут. Вероятно, они даже будут обостряться. В наших странах разные модели экономики и это приводит к столкновению. В России более конкурентная среда.

Уверен, Беларусь будет эволюционным путем двигаться именно в сторону свободной рыночной экономики. Это произойдет, в том числе, и благодаря приходу российского капитала. Структурные изменения тогда будут неизбежны. Будет капитал российский — откроется дорога и для другого капитала.

Кстати, о «Белавиа». «Аэрофлот» вряд ли будет ее покупать. У него свои проблемы. На него навешали кучу региональных авиакомпаний, в связи с чем экономические показатели невысокие. Хотя покупка «Белавиа» российской авиакомпанией была бы выгодна пассажирам. Цены бы снизились, а качество услуг выросло.

— Белорусские власти много говорили о том, что Таможенный союз привлечет иностранных инвесторов, которые начнут производить в Беларуси товары и беспошлинно продавать в России.

— Действительно, западные, российские, казахстанские компании будут со временем размещать производство на территории Беларуси и продукцию вывозить в Россию. Это очень выгодно и удобно. Российский рынок — самый крупный, он является системообразующим в Таможенном союзе. Речь идет, прежде всего, о фармацевтических компаниях.

А в Беларуси относительно дешевая рабочая сила и высокий образовательный уровень населения, что позволяет развернуть производства. Тем более, что в рейтинге Doing Business в плане открытия бизнеса Беларусь находится в более выгодном положении, чем Россия.

— А как же заявления российского посла в Беларуси Александра Сурикова о том, что Россия не пустит на свой рынок собранные в Беларуси китайские автомобили?

— Если эти автомобили будут производиться здесь, то они будут абсолютно спокойно ввозиться и продаваться на территории России. Видимо, китайцы именно на это и нацелены. Потребитель сам решит, нужны ли ему эти машины. Как Россия может их не пустить?

Другое дело, что это производство надо еще создать. Думаю, пока есть только планы. Может быть, Россия просто будет стремиться не допустить открытия производства и это станет очередным предметом торга между сторонами.

 

Автор: Андрей Сакович

Источник: Завтра твоей страны


 

Read more...

Юдаева: На пороге банковского кризиса

19-04-12-03Директор Центра макроэкономических исследований Сбербанка России Ксения Юдаева прокомментировала перспективы белорусского рубля.

Интервью у российского экономиста взял «Белорусский партизан».

- В прошлом году курс белорусского рубля рухнул. Как Вы считаете, сложится судьба белорусского рубля в ближайшее время?

- Судьба белорусского рубля зависит от финансовой политики властей. Что произошло в Беларуси? История проблем рубля началась несколько раньше. Апофеозом той истории были выборы 2010 года, когда белорусские власти делали все возможное по разогреву и перегреву экономики в 2010 году. Это видно четко. Это безусловно связано с выборами. Причем, интересно, что вроде бы выборы в Беларуси сами по себе ничего не значат и не меняют, но все равно с экономической точки зрения последствия серьезные. Экономикой пожертвовали ради выборов. И события 2011 года были прямым следствием 2010 года. Произошла существенная коррекция по торговому балансу. Это происходит через девальвацию национальной валюты.

- Но, строго говоря, в Беларуси было несколько девальвация в прошлом году...

- Когда прошла первая девальвация, если бы белорусские власти проводили строгую денежно-кредитную политику, то второй бы девальвации либо удалось бы избежать, либо она не была бы в таком объеме. Очевидно, что в Минске пытались смягчить последствия через денежную политику, в результате это привело ко второй девальвации.

Только после этого началась стабилизация. Сейчас можно констатировать, что монетарная политика в Беларуси стабилизировалась. Как мне кажется, во многом это объясняется желанием получить кредит ЕврАзЭС, потому что это было одним из условием кредитования.

Последние месяцы  опять раскручивается спираль.

- А как это все повлияло на общую экономическую ситуацию в стране?

- Влияние на экономическую ситуацию девальвации было неравномерным.

Безусловно, рост ВВП очень сильно замедлился. Серьезно пострадали доходы населения. Но некоторые экспортные отрасли существенно улучшили свою ситуацию. Плюс Беларусь очень эффективно договорилась о новых ценах на газ, и в текущей ситуации при текущих ценах на газ, если денежная политика не выйдет за пределы разумного, то можно не ожидать никаких проблем для белорусского рубля. Но экономика будет продолжать переваривать этот эффект кризиса из-за коррекции торгового баланса.

-Даже без внешних заимствований или помощи из России?

- Что значит «без помощи из России»? Такие цены на газ означают, что Россия оказывает существенную помощь. Сейчас баланс более-менее сбалансирован.

Если в Беларуси не будут продолжать печатать деньги, тем самым стимулируя спрос и дестабилизируя торговый баланс, а будут все удерживать, то большой помощи и не понадобится. Но только вопрос в том, будет ли Минск это делать.

Сейчас все очевиднее становятся последствия той коррекции для экономики. Резко упали темпы роста и по многим отраслям идет спад. Там есть существенные пробелы в статистике, они просто не публикуют многие данные, поэтому нет полной картины происходящего.

В промышленности эффект девальвации несколько снизился, плюс влияет ситуация в Европе. У Беларуси есть искушение простимулировать экономику денежным способом. Видно по денежной массе, что Минск уже начал это делать. Может быть, они пойдут еще на один круг. Но пока это открытый вопрос.

- Насколько сильно кризис и девальвация ударили по банковской системе Беларуси?

- С точки зрения банковской темы, там, конечно, начинаются очень сложные моменты, то, что мы наблюдали в России в 2009 - 2010 гг. Когда резко упал спрос на кредиты. Тем более в ситуации, когда существуют процентные вилки: ставки очень высокие, а инфляция снизилась. При таком резком торможении темпов роста следует ждать роста просрочек по платежам. Формально просрочка выглядит очень низкой, но насколько достоверны эти данные, говорить сложно. Понятно же, что ими могут манипулировать как банки, так и правительство.

Мне кажется, что сейчас можно ожидать ухудшения в банковском секторе. Правда, все будет зависеть от конкретных проблемных портфелей конкретных банков.

- Российским банкам помогло государство. Есть ли у Беларуси ресурс, чтобы поддержать свою банковскую систему и погасить долги?

- В Беларуси создали Банка развития, который, видимо, действует как и российский Банк развития, и станет банком плохих кредитов.

- Председатель Нацбанка Беларуси Еврмакова пообещала недавно, что белорусский рубль не будет падать ниже 8 000 за доллар, и даже вспомнила о советских вкладах.

- Им нужно продемонстрировать сейчас заботу о населении. Чисто теоретически они могут об этом вспомнить.

- Накачка предвыборными деньгами российской экономики когда скажется на курсе уже российского рубля?

- Я не считаю, что накачка была настолько существенной, что серьезно скажется на курсе российской валюты. У нас, конечно, был рост расходов, но это не было настолько явно, как в Беларуси. Этот рост вкладывается в тренд по росту экономики. Прошедшие выборы лишь эпизод в истории такого рода роста. И все внешние факторы играли в обратную сторону.

Следить следует за ценами на нефть, притоком и оттоком капитала, ситуацией в Европе. Есть много факторов, которые влияют на рубль. Но выборов в этом году среди таких факторов не было. Инфляция сейчас низкая и уже давно играет против тех, кто мечется.

Поэтому я бы в принципе посоветовала меньше беспокоиться.

 

Источник: Белорусский партизан


Read more...

Миссия

Продвигать аналитику для информирования и выработки доказательной политики, адвокатировать развитие частного сектора.

Портал ЭКОНОМИКА.BY

О портале

For using special positions

http://ekonomika.by

For customize module in special position

http://ekonomika.by

Template Settings

Color

For each color, the params below will give default values
Blue Green Red Radian
Select menu
Google Font
Body Font-size
Body Font-family