wrapper

Новости - слайдер на главной

Структурные реформы

Как спасти Беларусь от гиперинфляции

04-05-04Ситуация на валютном рынке затронула все сферы жизни белорусов. Оценивая ближайшие экономические перспективы, эксперты утверждают: неминуемый кризис еще впереди. В чем конкретно он проявится для рядового потребителя и каковы могут быть пути спасения — анализирует «Завтра твоей страны».

— Сейчас мы имеем риск войти в очередной виток гиперинфляции, — отмечает руководитель Ассоциации малого и среднего бизнеса Сергей Балыкин. — Сегодня люди не верят белорусским деньгам, а потому стараются их сбрасывать. А уровень инфляции зависит не только от объема денежной массы, но и от скорости обращения денег. В результате цены будут постоянно расти. Они уже растут. Все факторы, провоцирующие гиперинфляцию, есть: административное сдерживание курса рубля, дефицит валюты, скорость обращения денег… Если Нацбанк и будет сокращать сейчас денежную массу, в чем я сильно сомневаюсь, то у народа все равно сохранятся инфляционные ожидания, люди будут стараться тратить белорусские рубли.

Инфляция, рост цен, в том числе на жилищно-коммунальные услуги, сокращение социальных программ – вот лишь малый перечень сюрпризов, которые поджидают белорусов в ближайшее время.

— Из-за нехватки валюты теряют работу малые предприятия, импортеры, в том числе и те, что имеют дело с промежуточным импортом. Даже простые челноки, поскольку никто не может прогнозировать курсовые риски, — отмечает эксперт.

В связи с этим встает главный вопрос: что делать? Есть ли у власти рычаги хоть как-то повлиять на ситуацию и обратить ее вспять?

Найти новые рынки сбыта и заставить покупать белорусские товары, тем самым обеспечив приток валюты в страну, – перспектива призрачная. Новые займы лишь усугубляют ситуацию. А времени на решение проблемы все меньше.

Сергей Балыкин предлагает несколько возможных вариантов.

Жесткая привязка к стабильной валюте

По мнению экономиста, один из наиболее разумных вариантов. Суть его в том, чтобы «привязать» белорусский рубль к какой-либо стабильной валюте и строго выдерживать этот курс.

— Замечательный вариант. Другое дело, что реализовать его белорусские власти не в состоянии, — отмечает экономист. – Можно было бы привязать белорусский рубль к тому же евро или даже доллару США. Установить, например, 5 или 10 тысяч за евро, и вот этот курс жестко выдерживать. Но для того, чтобы проводить политику жесткой привязки, нужно быть людьми обязательными и выполнять свои обязательства, отказаться от эмиссионной накачки денег, проводить жесткую денежно-кредитную политику. Но наши власти уже неоднократно нарушали взятые на себя обязательства. Достаточно вспомнить наши обещания России перечислять ей нефтяные пошлины, или обещание сохранить пенсионерам льготы. А сколько нам обещали либерализацию?

Талер

Еще одним из возможных вариантов, по мнению эксперта, могло бы стать введение новой платежной единицы, которая не будет «привязана» к иностранной валюте.

— Если ввести, к примеру, талер и обеспечить его стабильность, — конечно, такие деньги будут пользоваться доверием. В принципе, небольшая страна может выпустить свою валюту, которая бы выполняла, допустим, функцию резервной, если угодно, была бы валютой-убежищем. Ведь никто не сомневается в швейцарском франке? Это возможно, но только в очень долгосрочной перспективе.

Переход на евро

Реалистичность данного сценария экономист ставит под большое сомнение.

— Возможно, евро и стал бы лучшей валютой, но надо учитывать несколько обстоятельств, — напоминает Сергей Балыкин. — Предлагая ввести евро, некоторые экономисты забывают, что это очень долгий и трудный процесс. На это нужна политическая воля и белорусских властей и ЕС. Для начала надо вступить в Евросоюз, потом в еврозону. А просто использовать евро как законное платежное средство без вступления в еврозону — это не лучший, а, пожалуй, даже худший вариант. Реалистичность такого сценария выражается в бесконечно малой величине.

Введение российского рубля

В связи с этим достаточно быстрым решением проблемы, по мнению Сергея Балыкина, могло бы стать введение российского рубля.

— Это было бы наиболее разумным решением, — считает он. — Если убрать политическую составляющую, независимые амбиции, а рассматривать ситуацию только с точки зрения экономики, менеджмента. Это дает нам преимущества в торговле с субъектами хозяйствования в Российской Федерации, в использовании российского рынка, в использовании российской банковской системы. Это также приведет к тому, что уменьшатся многие издержки, связанные с конвертацией, с внешнеэкономической деятельностью с Россией. В конце концов, понизятся цены. Да, с политической точки зрения российский рубль неприемлем ни для власти, ни для оппозиции. Но для народа, для малого и среднего бизнеса — это хорошее решение.

Достаточно быстро ввести российский рубль, можно было бы, позволив на начальном этапе параллельное хождение двух валют – национальной и российской, считает экономист.

— В результате более твердая валюта вытеснит более слабую. Как это было в Советском Союзе в 1920-е годы, — отмечает Сергей Балыкин. — Так мы получим российский рубль в качестве законного платежного средства. Хотя, конечно, российский рубль – тоже еще та валюта. И перспективы у нее крайне сомнительные. Но перспективы белорусского рубля вообще не обсуждаются. Сегодня высшее руководство нашей страны не умеет проводить грамотную денежно-кредитную политику. Люди, которые принимают решения, не понимают пагубности многих своих действий.

Эксперт уверен: в той критической ситуации, в которой оказалась белорусская экономика, альтернативы введению российского рубля нет.

— Если далее пользоваться белорусским рублем – мы просто загоним нашу экономику в штопор. И все равно придется соглашаться на какое-то внешнее управление, но на менее выгодных условиях, с ликвидацией и разделением собственности между кредиторами. Но тогда с банкротом уже никто разговаривать не будет. А так пока еще можно хотя бы поторговаться и что-то выторговать, -- таково мнение Сергея Балыкина.

 

Автор: Анастасия Беленькая

Источник: Завтра твоей страны

 

Read more...

Эксперт: Дестабилизация валютного рынка Беларуси катастрофически влияет на бизнес

050510Руководитель Ассоциации малого и среднего предпринимательства Сергей Балыкин в интервью Deutsche Welle рассказал, чем грозит малому и среднему бизнесу Беларуси дефицит валюты, и каковы причины его возникновения.

По мнению руководителя Ассоциации малого и среднего предпринимательства, белорусского юриста и экономиста Сергея Балыкина, дефицит иностранной валюты в Беларуси негативно сказывается на деятельности многих бизнесменов, не зависимо от отрасли экономики и формы собственности. В интервью Deutsche Welle Балыкин объяснил причины сложившейся ситуации, а также объяснил, как ее нужно изменить.

Deutsche Welle: Насколько серьезна проблема дефицита валюты в Беларуси?

Сергей Балыкин: Дефицит валюты - это факт, который признает и президент Александр Лукашенко. Независимые аналитики говорят, что дефицит вызван действиями властей, а президент обвиняет население, импортеров, мелких торговцев-челноков и перегонщиков подержанных иномарок в том, что они вывозят валюту из страны.

- Как отсутствие валюты сказывается на деятельности предпринимателей?

- Сказывается негативно и на всем бизнесе независимо от формы собственности. На рыночных торговцах, которые продают товары народного потребления и для этого покупают валюту за наличный расчет. И на юридических лицах, которые занимаются импортом, приобретая валюту на бирже или внебиржевом рынке.

Импортеры сейчас не могут нормально работать. В принципе, предложения валюты есть, но ее курс запредельный - в два раза выше официального. Это вызвано тем, что продавцы и посредники закладывают в него спекулятивную составляющую и плату за риск, если курс неожиданно прыгнет.

В итоге малые и средние предприятия теряют поставщиков, так как зарубежные контрагенты отказываются продавать товар в кредит и предоставлять рассрочку платежа. Поэтому субъекты хозяйствования вынуждены приостанавливать свою деятельность или их владельцы банкротят предприятия. На днях я сам посоветовал партнеру по бизнесу обанкротить фирму, чтобы "разрулить" ситуацию.

- Каких отраслей экономики в первую очередь коснулись проблемы с валютой?

- Практически всех. Белорусская экономика сильно завязана на внешние рынки. У нас нет значимых субъектов хозяйствования, которые не выходят за пределы страны. Однозначно дефицит валюты ударил по оптовым торговцам. Вслед за ними - по розничным, так как цены на многие импортные товары просто взлетели. Причем не важно, чем люди торгуют - виноградом, апельсинами, подгузниками или стиральным порошком. Исключение составляют только продавцы лекарств, но это весьма специфический в Беларуси бизнес, он жестко регулируется властями и туда не всех пускают.

Большие проблемы на рынке услуг, а также у мелких и средних предпринимателей, которые занимаются производством. Например, металла в Беларуси нет, его надо закупать за валюту. В производстве красок и мебели, электроприборов, часов и пластмассовых изделий, в полиграфии, в швейном производстве, а также в строительстве много импортных комплектующих. Даже если товар почти полностью делается из местных материалов, но с 2-3 импортными деталями, то его производство приходится останавливать. Для небольших предприятий ситуация складывается просто катастрофическая.

- Может быть, положение вскоре нормализуется, если, как утверждают власти, дефицит валюты действительно спровоцировал ажиотажный спрос?

- Это утверждение властей годится только для официальной пропаганды, чтобы бабушек в деревне успокаивать. Население не может дестабилизировать валютный рынок. У белорусов есть лишь "чулочно-носочные сбережения" на костюм, на квартиру, на автомобиль, а не накопленные средства, как на Западе, чтобы получать с них некие дивиденды.

Допустим, что перегонщики иномарок купили 500 миллионов долларов, чтобы доставить в Беларусь подержанные автомобили. Это для обывателя сумма заоблачная, а в масштабах экономики она совсем небольшая. И если уж такими суммами можно дестабилизировать ситуацию на валютном рынке Беларуси, то дела еще хуже, чем можно было предположить. Это означает, что руководство страны, и прежде всего президент, не справились с экономикой, и денег нет.

- Какие меры могло бы сейчас предпринять правительство Беларуси?

- И в правительстве, и в Национальном банке есть люди, которые прекрасно понимают причины происходящего, но решение у нас принимают не они, а президент. Даже в официальных СМИ проскальзывает возмущение некоторых чиновников, пусть мягкое, подобострастное, но возмущение. А в сложившейся ситуации виноват по большому счету только один человек, который сконцентрировал в руках всю власть в Беларуси.

Что можно было бы сделать? Не увеличивать без особой необходимости денежную массу, провести деноминацию. Но это сценарий фантастический. Есть еще и реалистический. Ввести, например, российский рубль в качестве второго платежного средства параллельно с хождением белорусского рубля.

Может быть, это не самый лучший вариант, но деньги - кровь экономики, а белорусской экономике требуется переливание крови. В обращении появится валюта, которая будет пользоваться доверием у бизнеса и даст возможность субъектам хозяйствования вести дела без посредника.

Но в Беларуси денежно-кредитная политика превратилась из макроэкономического регулятора в некое средство выполнения политических обещаний, если угодно - удержания власти. Это опасно. Мы же не садим за руль необученного человека только потому, что ему надо ехать.

- Поможет ли экономике новый российский кредит в 1 миллиард долларов, на который надеются белорусские власти?

- Продлит агонию, возможно. Ведь посол России в Беларуси Александр Суриков сказал, что кредит выдается под реформы, а не на проедание.

- Почему Россия все же обещает дать кредит? Разве реформы в экономике Беларуси уже начались?

- Деньги еще не дали, пока это только обещания. А о начале реформ в Беларуси разговор идет десятилетиями. Помню, несколько лет назад Александр Лукашенко говорил, что "мы начинаем либерализацию". Это такой белорусский вид спорта – начинать либерализацию.

А нам нужно всего-то, чтобы государство ушло из экономики и перестало указывать людям, как им жить. Это единственная реформа, которая действительно нужна. Способен ли президент перестать указывать, как жить людям? Мой ответ – нет.

 

Автор: Галина Петровская

Источник: Немецкая волна

Read more...

Как поменять экономику, чтобы ничего не менять

220409В ежегодном послании белорусскому народу и парламенту Александр Лукашенко потребовал от Нацбанка установить равновесный курс белорусского рубля и пообещал белорусам, что через два месяца они забудут о валютно-финансовом кризисе. Аналитики же отмечают, что действия властей могут лишь отчасти вывести экономику из паралича, но не решат в целом проблему дефицита валютной ликвидности.

За ситуацию на валютном рынке от Лукашенко досталось, прежде всего, правительству и Национальному банку.

«На совещании (15 апреля. — ред.) некоторые представители правительства говорили, что надо один-два дня на подготовку, на информирование населения. Ну, думаю, ладно, подготовьте. Сам не вмешиваюсь в эти процессы. И смотрю, эта «подготовка» сегодня склонилась к тому, что «это мы урежем, это мы делать не будем, вот, понимаете, есть рынок, спрос-предложение, это все там, это не наше дело» ... Михаил Владимирович (Мясникович. — ред.), нам такое правительство в стране не надо, если это так. Поэтому вы уж, пожалуйста, делайте все так, чтобы было нормально. А какими методами — я уже говорил — цивилизованными методами», — выразил недовольство глава государства.

Население также не избежало очередной порции критики за скупку валюты и разбазаривание ее на покупку импорта, прежде всего легковых автомобилей. Но Лукашенко не стал излишне наезжать на электорат, а, наоборот, успокоил, пообещав скорейшее разрешение проблемы.

«Если кто-то думает, что в этой ситуации мы растерялись и не знаем, что делать — чепуха. Вот посмотрите, мы за первое полугодие забудем, что у нас происходило и происходит сейчас, и финансы, и потребительский рынок. Мы знаем, что делать. Мы выйдем из этой ситуации, выйдем спокойно», — заявил президент.

Аналитик Сергей Чалый, отмечая убедительность высказываний главы государства, тем не менее, считает, что власти на самом деле не совсем представляют, что надо делать.

«Определенными подвижками в решении проблемы с валютой правительство и Нацбанк лишь в какой-то степени оживят процессы в экономике. Но предпринимаемые сейчас шаги, в частности, по открытию второй торговой сессии на валютно-фондовой бирже, — это исправление глупостей, которые Нацбанк и Совмин сами инициировали с марта. Но разве это решит проблему нехватки внешнего финансирования?»

Общий дефицит валютной ликвидности на 2011 год, по расчетам экспертов банка Raiffeisen, оценивается в 8-11 млрд. долларов (прогнозируемый дефицит внешней торговли + выплаты по государственному и общему внешнему долгу).

По мнению экспертов банка, спасти страну от нехватки валютной ликвидности может лишь широкомасштабная приватизация и новая программа кредитования МВФ в объеме 5-10 млрд. долларов. Однако власти не декларировали шаги в данном направлении.

Зато Лукашенко обращает внимание на другое.

«Мы сегодня имеем рост ВВП в 11%, еще больший темп роста промышленного производства, однако поступающая в страну выручка от экспорта произведенной продукции не покрывает внутреннего спроса на иностранную валюту».

Сергей Чалый не разделяет недоумений главы государства по этому поводу: «Ведь одно связано с другим. У нас такой механизм роста ВВП, который финансируется извне. И чем дольше мы будем административно подтягивать ВВП, тем хуже будет ситуация на валютном рынке».

В таком случае не последует ли за намеком президента правительству действовать «цивилизованными методами» частичного отказа от рыночных преобразований?

«Но у нас и так рыночные механизмы фактически не работают. Когда слышишь: «Вот жиманули на валютном рынке, сразу валютная выручка на 20% выросла», то разве это рыночные механизмы?», — задается вопросом Сергей Чалый.

При этом он подчеркивает, что правительство является заложником поручений главы государства. «Президент дает противоречивые указания: сделайте все, как надо, чтобы все было цивилизованно, но так, чтобы ничего не менять».

Но менять все равно придется. И президент это сам прекрасно понимает, поэтому и заявляет о слишком мягкой денежно-кредитной политике. Отсюда и срочный пересмотр дефицита бюджета, который в 2011 году должен снизиться с 3% до 1,5%, и сокращение финансирования госпрограмм. Например, объем финансирования программы закупки техники для села сокращен вдвое — с 4,35 до 2,2 трлн. рублей.

Тем не менее, власти, по мнению Сергея Чалого, осознавая свои ошибки, пытаются переложить вину на население.

«Нацбанк в свое время сказал, что сделал, все, что нужно. Аналогичную позицию заняло правительство. То есть, все решения приняты, а кто виноват? Получается, население, которое побежало за валютой и создало ажиотаж на потребительском рынке. Эта же позиция властей прослеживается и в отношении роста цен, а именно в том, чтобы придумать убедительное объяснение, почему цены растут, но мы, власти, в этом не виноваты. А виновато, получается, само население».

Как бы то ни было, решения по поводу развития экономики придется принимать властям. Лукашенко уже обозначил ряд приоритетов новой экономической политики.

«Для нас важно перейти на новые принципы управления экономикой для достижения системного, планомерного роста. Сильная и динамично развивающаяся экономика — ключевое условие укрепления суверенитета и международных позиций нашей страны», — заявил глава государства.

Процветание должны обеспечить три «и» — инновации, инвестиции, инициатива.

«Это почти как у президента России Медведева. Только у него еще были инфраструктура и институты. Можно согласиться, что с инфраструктурой у нас не так плохо, как в России. Но как быть с институтами? Ведь здесь речь идет о качестве госуправления и всего остального, чем мы не можем похвастаться», — отмечает Сергей Чалый.

Внедрение инноваций и привлечение инвестиций для экономического роста, по мнению эксперта, также большая проблема.

«Инновации? Отлично, только как будем их развивать? Может, еще больше денег дать ученым, так ведь президент сам их раскритиковал. Не лучше ситуация с привлечением иностранных инвестиций, которая только за полтора месяца значительно ухудшилась. Например, ухудшился имидж наших предприятий как партнеров-контрагентов в связи с неисполнением контрактов по внешним обязательствам. Метания наших регулирующих органов привели к тому, что стало непонятно, как вести бизнес. Плюс снижение суверенных рейтингов. Как в такой ситуации привлекать иностранные инвестиции?».

 

Автор: Андрей Кожемякин

Источник: Белорусские новости

Read more...

Курс выбран неверный: на экспорт надежды нет

19-04-17После кризиса мировая экономика изменилась. А белорусская – осталась во вчерашнем дне. В этом, по словам экспертов, и заключается основная проблема «невписывания» в динамично растущую мировую модель. Однако, зная основные тренды экономической политики и возможные угрозы для бизнеса, можно воспользоваться ситуацией себе во благо.

Выбирая курс

По большому счету, перспективных сценариев развития белорусской экономики всего два. И в том, и другом импорт будет зажат до минимума, а белорусский рубль обесценится. От выбранного курса будет зависеть уровень инфляции.

Первый сценарий условно можно назвать инерционным. Именно он сейчас и используется. Дмитрий Крук, специалист Белорусского исследовательско-образовательного центра, полагает, что при таком развитии сюжета, все инструменты экономической политики (ограничение внутреннего спроса путем фискальных и монетарных мер, незначительная девальвация, внешние займы) будут плавно использованы для предотвращения рецессии. «Балансирующим» инструментом здесь будут выступать множественный курс валюты и привлечение внешних займов, а также дополнительные ограничения на валютном, денежном и депозитном рынках. Множественность курсов в данном сценарии – это не только выборочная девальвация, но и административное ограничение импорта. Впрочем, у правительства есть возможность дать путевку в жизнь и второму сценарию, с «опорой» на девальвацию. Эксперт полагает, что несмотря на кажущуюся схожесть обоих курсов, эффект от них будет разным. Это отслеживается в прогнозах среднегодовой инфляции, которая при первом сценарии на декабрь 2011 г. составит 18.7%, а при втором – 40.4%. Поэтому, скорее всего, будет выбран первый сценарий, при котором импортерам придется и далее использовать различные способы покупки валюты и пребывать в состоянии неопределенности.

Кому мы нужны?

Обвинять импортеров в оттоке валюты – лукавство. Если изучить, как сказались на дефиците торгового баланса различные группы товаров, то станет понятно, что обвинения были напрасными. В 2010 г. Беларусь понесла огромные расходы на импорте металла, необходимого для машиностроения. Это в два с лишним раза больше, чем от ввоза всех потребительских товаров (продовольственных и непродовольственных). А значения по экспорту в указанных группах практически одинаковые.

Удастся ли за счет экспорта оздоровить экономику страны и сделать сальдо торгового баланса положительным? Ирина Точицкая, заместитель директора Исследовательского центра ИПМ и кандидат экономических наук, в этом не уверена. Прежде всего, она обращает внимание на отрицательный адаптационный эффект по подавляющему большинству укрупненных групп белорусских товаров. Этот показатель позволяет оценить, как происходит приспосабливание экспорта к изменению мирового спроса. Положительным он является в том случае, если страна увеличивает присутствие на растущих рынках и уменьшает на сужающихся. В Беларуси же положительная адаптация экспорта к изменениям мирового спроса происходит только по переработанным пищевым продуктам и изделиям из древесины. По остальным 12-ти товарным группам (свежие продукты питания, текстиль, химия, бытовая электроника и т. д.) наблюдается отрицательный эффект.

Плохо белорусские экспортеры приспосабливаются и к динамике мирового спроса. По этому показателю определяется, являются ли товары, считающиеся наиболее значимыми в экспортной корзине страны еще и динамично растущими. Так, по данным ЮНКТАД, наименьшая степень динамики мирового спроса касается изделий из древесины, транспорта, неэлектронного оборудования и компонентов электронного оборудования.

А теперь посмотрим, что же является основным предметом белорусского экспорта. В Россию и страны СНГ помимо продуктов питания (21.8%), которые выпускаются и частными компаниями, и госструктурами, мы поставляем продукцию тяжелого машиностроения и оборудование – МАЗы и трактора МТЗ. Их доля тоже не маленькая – 15.9% от всего белорусского экспорта. При этом на пятки белорусам наступает КАМАЗ: по данным аналитического центра «Бизнес Online», крупнотоннажная техника КАМАЗ по состоянию на 01.10.2008 г. присутствовала на 29.8% российского рынка, через два года количество машин увеличилось до 52.4%. А продукция МАЗа наоборот «ушла» с российского рынка с 22% до 9.6%. Причем, как отмечает Ирина Точинская, до сих пор присутствие МАЗа увеличивалось за счет роста физических объемов экспорта, когда средняя стоимость снизилась на 17%. То есть Беларусь играла на уменьшении цены, а не на счет конкурентных преимуществах. С учетом того, что у нас наблюдается увеличение себестоимости продукции, ни о каком демпинге в ближайшее время речь идти не может. Только лишь о сокращении поставок.

Калийные удобрения и нефть – еще два козыря для белорусского экспорта. В случае с солью перспективны рынки вне стран СНГ – уходит 11.3% продукции, а во все государства содружества – лишь 0.1% минеральных удобрений. Лучше ситуация с нефтепродуктами: 55.6% за пределы СНГ. Получается, что в ближайшее время перспективны только эти два направления. Однако Ирина Точицкая, опираясь на данные исследования ARGUS*, делает предположение, что этот сегмент экспорта может приносить валюту около 4–5-ти лет. Сейчас наблюдается быстрый рост нефтеперерабатывающих мощностей в Китае и Индии. Соответственно, спрос европейских потребителей так или иначе сместится в восточном направлении. Не через год конечно, но и не через 10. Следовательно, экспорт наших нефтепродуктов может оказаться под угрозой. Тем более, что европейские покупатели все строже относятся к содержанию в топливе вредных веществ, которых в нашем бензине пока предостаточно.

Что продавать, если некому покупать?

При неутешительных прогнозах для экспорта, может быть есть шанс заработать на внутреннем рынке? Дмитрий Крук считает, что в 2010 г. стимулирование доходов населения сформировало инфляционный «навес» в экономике, поскольку увеличивалась и склонность к потреблению. Наибольшая часть нового, искусственно созданного спроса, пришлась на рынок непродовольственных товаров, преимущественно импортных. Это одна из причин, почему потребительский непродовольственный импорт сказался на приросте дефицита торговли.

Это подтверждает и Александр Чубрик, ведущий научный сотрудник Фонда CASE – Центра социально-экономических исследований (Польша). Несмотря на то, что по сравнению с 2008 г., уровень расходов белорусских семей в 2010 г. снизился, все равно преобладали «крупногабаритные» приобретения. Был отмечен рост спроса на автомобили и недвижимость, люди охотно покупали мебель и тратились на ремонт. Среди других особенностей потребительского поведения в 2010г. также преобладали рост рублевых сбережений в банковской системе, повышенный интерес к сфере услуг (в особенности отдыха и развлечений), значительная часть расходов составляла выплата процентов по кредитам. То есть различным сферам бизнеса в этих условиях жилось весьма комфортно. Однако прогноз на 2011 г. у эксперта не столь радужный: Александр Чубрик считает, что население вернется к сбережению денег вне банковской системы (в «кубышках»), будет использовать рубли на покупку доступных товаров, а из-за возможного повышения ставок по кредитам откажется от дорогостоящих товаров длительного использования и от вложений в недвижимость. Все это вызовет падение ВВП и доходов, что автоматически скажется на сфере торговли и услуг.

Прогноз для белорусской экономики и бизнеса и правда неутешительный.

*Одно из ведущих аналитических агентств, специализирующихся на освещении конъюнктуры рынков энергоносителей.

 

Источник: BEL.BIZ

 

Read more...

Десять советов белорусу, как адаптироваться к валютному дефициту и инфляции

15-04-16Эти советы проверены экономической теорией и практикой многих стран и поколений. Если у вас на депозитах в банке или под матрасом в чулке меньше 10 тысяч долларов, то самое правильное поведение – не суетиться, не тратить нервы и время на забег за эфемерной прибылью.

Сегодня тяжелее всего приходится тем, кто десятилетиями привык точить одну и ту же деталь, не думал о получении дополнительных знаний, не делал сбережений и подсел на кредитную иглу. Нелегко тем, кто поверил в надежность белорусского рубля и банковской системы Беларуси, в постоянство льготных кредитов, в стабильность цен и возможность белорусского правительства выкручиваться без потерь из сложных ситуаций.

Старые, вредные привычки умирают медленно. Человеку часто надо получить волшебного пенделя, чтобы начать ликвидировать свой кризис.

Пенделем может стать что угодно: увольнение с работы, отправка в неоплачиваемый отпуск или перевод на неполный рабочий день с сокращением зарплаты в два раза. Началом адаптации к кризису может стать неспособность отдать кредит без ущерба для привычного образа жизни, сделать ремонт, накопить на автомобиль или на учебу детям. Чем раньше начнешь, тем больше вероятность в скорейшем преодолении финансовых и социальных проблем.

Пять аксиом для успешной адаптации к кризису/новой жизни

Прежде чем корректировать свое поведение в плане доходов и расходов, важно уяснить несколько аксиом современной экономики и белорусской модели.

Во-первых, правительство не может и не должно обеспечивать вашу занятость в данном конкретном месте. Оно может предоставить лишь социальную занятость. Зарплату вы получать будете, с голоду не помрете, но до статуса среднего класса по доходам точно не дотянете. И вообще, прекратите рассчитывать на халяву или выигрыш в лотерею.

Во-вторых, сохранность ваших сбережений – это, в первую очередь, ваша головная боль. Требовать справедливости и даже соблюдения закона в Беларуси – себе дороже. Если 60% резервов мира хранятся в американских долларах, а 17 богатых стран ЕС пользуются евро, то не экспериментируйте, а делайте то же самое. С доходами менее 1000 долларов проблемы курса доллара к евро вас вообще не должны беспокоить.

В-третьих, привычка тратить незаработанное опасна и разрушительна. Не поддавайтесь на соблазн жить, как американцы, в долг. Не то можете оказаться без квартиры и штанов. В США трудолюбивому американцу нетрудно найти работу за 15 долларов в час. Вы же можете рассчитывать за такой же час работы на сумму в пять раз меньше.

В-четвертых, бесполезно требовать, чтобы богатые платили больше налогов. Они могут нанять хороших юристов, «купить» нужных чиновников и сделать все, чтобы больше платили вы. Если не прямо (в виде подоходного налога), то косвенно (через товары и услуги, которые вы покупаете).

В-пятых, в условиях валютного голода, растущих цен и сокращающихся доходов лучше требовать у власти, чтобы она не перераспределяла доходы, а не мешала зарабатывать. Лучше требовать открывать для белорусских товаров рынки других стран (вступать в ВТО), чем забирать у экспортеров валюту по фиксированному курсу. Помните, что девальвация и инфляция – это тоже проверенные способы заработать для тех, кто рулит банками и бюджетными ресурсами, кто начальствует над номенклатурой.

Десять ценных советов

1. Не паникуйте! Переведите 40% рублей с рублевого депозита в доллары/евро, заберите 25% вклада и купите на половину суммы доллары/евро, на остальное -- российские рубли/литы/злотые. Оставшаяся сумма пусть лежит в рублях. По крайней мере, вы успокоите себя и очистите совесть.

2. Откажитесь от условного пересчета всех цен на доллары/евро. Вы станете ровно в два раза спокойнее. Будете расстраиваться по поводу инфляции (роста цен в рублях), а не девальвации. Россияне, поляки или литовцы – все считают в своих валютах.

3. Не тратьте время и деньги на покупку запасов сахара/масла/крупы и прочего продовольствия. Иллюзия сбережения испарится, когда вы подсчитаете все свои затраты.

4. Не обременяйте себя закупкой не нужных вам телевизоров /холодильников/стиральных машин. Подумайте, какие затраты вы понесете, продавая всю эту б/ушную (пусть даже в коробках) бытовую технику.

5. Копите наличные! Сформируйте привычку, а потом и семейную традицию откладывать 20% от каждого заработка и покупать твердую валюту. Рано или поздно кризис пройдет, цены упадут.

6. Осознайте прелести и пользу от отказа от лишней бутылки алкоголя, пачки сигарет, 18-й блузки или 28-й пары обуви. Убедите себя, что это во имя защиты окружающей среды, здоровья семьи и благополучной старости.

7. Не смотрите/читайте рекламу, не завидуйте соседям, не копируйте их и не старайтесь «переплюнуть». Хотя бы месяц-два. Сравнивайте себя, свой уровень дохода с собой 5-летней, 10-летней давности, а не с соседом сегодня.

8. Инвестируйте «лишние» рубли в новые знания, навыки и умения. Свои и своих близких. В то, что, по-вашему, может увеличить ваши шансы на рынке труда, в том числе в виде подработки.

9. Учитесь получать удовольствия от дарения. Сделайте подарки родителям/детям/друзьям. От «лишних» рублей избавитесь, и хорошее настроение и благодарности приобретете. В беде не государство поможет, а близкие. Доброе дело наверняка к вам вернется с большими процентами.

10. Учитесь быть гражданами! Девальвация, инфляция – это рукотворные болезни. Они созданы руками неграмотных властных политиков и чиновников. Выгоднее инвестировать час в неделю в информацию и знания о политиках и экономистах, найти профессионалов, которые соответствуют вашим ценностям и дорожат своей репутацией. Гражданин требует очищения правительства от любителей кражи сбережений и покупательной способности зарплаты/пенсии, а простой обыватель/потребитель является источником обогащения распорядителей чужого.

Почему сейчас лучше, чем в 1990-е

Кстати, сегодня стартовые, предкризисные условия гораздо лучше, чем в 1990-е. У людей есть сбережения. В стране около 230 тысяч предпринимателей и около 85 тысяч малых частных предприятий. Они знают, что такое рынок, как зарабатывать, удовлетворяя потребности людей.

В отличие от начала 1990-х вокруг Беларуси много стран, которые – только дай им возможность – инвестируют в существующие и новые предприятия миллиарды долларов. Покупательная способность потребителей из стран-соседей тоже гораздо выше, чем в начале первой перестройки. Есть все условия для того, чтобы кризис пройти быстро, с наименьшими потерями. Главное, чтобы правительство не мешало.

 

Автор:  Ярослав Романчук

Источник: Завтра твоей страны


Read more...

Индивидуальные предприниматели могут обойтись без "серых" схем

150411Очереди у пунктов обмена валют не исчезают. Кроме граждан, решивших заработать на ажиотаже, и части населения, которая верит в то, что заграничные купюры не горят и сверкают ярче золота, у окошек обменников столпились и индивидуальные предприниматели. Им нужно рассчитываться за привозимый из-за рубежа товар.

— Я пока приостановил свою деятельность. Боюсь повышать цену на товары, поэтому распродаю остатки, которые я успел завезти еще до того, как ограничили валютный рынок, — рассказал BEL.BIZ индивидуальный предприниматель Николай Ромашин.

По его словам, многие предприниматели сегодня пытаются купить в обменных пунктах ту валюту, которую приносит сдавать население. Но ее очень мало. Если месячный оборот предпринимателя составляет $5 000, то, по мнению Николая, даже при ежедневном стоянии около обменников он вряд ли получит необходимую сумму, чтобы расплатиться с поставщиками. А вариант покупки валюты у граждан, спекулирующих на возникшей ситуации, предприниматель не рассматривает – они не могут предложить достаточно привлекательных условий.

150412

Индивидуальный предприниматель и заместитель председателя Белорусского союза предпринимателей Екатерина Чижик отмечает, что сейчас предприниматели опасаются покупать необходимые им доллары, евро или российские рубли у валютчиков. Сегодня сложно отличить представителей контролирующих органов от людей, спекулирующих валютой. И если не повезет, можно попасть на довольно серьезные штрафы.

— "Серыми" схемами пользуется, наверное, более крупный бизнес, а не ИП. Я лично не пользуюсь, — отметила Екатерина Чижик.

Впрочем, предпринимательницу спасает работа с белорусской группой товаров, которые она экспортирует в Россию. Напомним, что для ИП, занимающихся вывозом товаров белорусского производства за рубеж, предусмотрен ряд льготных условий. В частности, такие предприниматели вместо налогов платят только единый торговый сбор в размере 1 базовой величины в месяц. Получается, экспорт покрывает валютные затраты на импорт.

Екатерина Чижик признается, что в последнее время начал ощущаться дефицит не столько иностранной валюты, сколько белорусских рублей. Из-за неразберихи на валютном рынке население значительно сократило спрос на одежду и обувь, которым и торгуют ИП. И у многих предпринимателей не хватает средств на уплату аренды, налогов, закупку белорусских товаров, которые можно было бы вывозить за рубеж.

–  Работа на два фронта (экспорт и импорт товаров) не под силу многим предпринимателям, –  говорит Екатерина. –  Ведь большинство из них начали свою деятельность еще в 1990-х, и сегодня им уже по 50 лет. Они не хотят двигаться, ездить в Москву, стоять там и продавать свой товар, зная, что в Минске у них есть стабильная точка. В этой ситуации им помог бы возврат индивидуальным предпринимателям права привлечения наемных работников, на которых можно было бы оставить бизнес в Беларуси или России.

150413

С Екатериной Чижик согласен юрист Сергей Балыкин. По его словам, торговать белорусским товаром на экспорт для ИП сейчас крайне невыгодно. Гораздо проще, как это было в 90-х годах прошлого века, уйти в серые схемы, покупать валюту у проверенных людей, обмениваться ей между собой, торговать за валюту привезенным из-за рубежа товаром. Если экономика Беларуси не будет идти на поправку, то, не исключает Сергей, многие товарные позиции в стране могут официально исчезнуть, и их можно будет найти только у предпринимателей, которые завезли их далеко не с помощью белых схем.

— Чем больше государство будет закручивать гайки, тем активнее будет развиваться черный рынок, — считает Сергей Балыкин. — Его можно ликвидировать одним способом — забрать у населения деньги. Но если это сделать, то люди не смогут покупать.

150414

Председатель РОО «Перспектива» Анатолий Шумченко также считает, что постепенное ухудшение условий работы предпринимателей в Беларуси может со временем привести к появлению серых схем. Ведь малый бизнес выживал в любой кризис, он обеспечивал население продукцией и рабочими местами с помощью всех доступных средств. Для того, чтобы серые схемы не распространились в среде малого бизнеса, Анатолий Шумченко предлагает руководству страны в самое ближайшее время провести девальвацию белорусского рубля.

— Пусть курс доллара будет Br 3 500, пусть Br 4 000. Зато предприниматели получат доступ к валюте и продолжат легально работать, — отмечает лидер бизнес-союза.

Кроме того, сегодня предприниматели выражают заинтересованность в продаже белорусских товаров. И если вопрос их экспорта увязан с проблемой наемных работников, то продажа отечественных товаров на внутреннем рынке не потребовала бы дополнительных условий, кроме одного — распространения льгот для ИП-экспортеров на всех «индивидуалов», работающих с белорусскими товарами у себя в стране. Но принятие подобного решения, по мнению Анатолия, невыгодно, в первую очередь, Министерству торговли и концерну «Беллегпром». Ведь ИП стали бы их прямыми конкурентами на внутреннем рынке, каковыми уже являются на внешнем.

150415

Требования к государству понятны. А что в сложившейся ситуации могут сделать сами предприниматели?

Они могут сменить сферу своей деятельности с торговли на производство или оказание услуг, где зависимость от импорта может быть минимальной. Однако, как отмечает советник Международной финансовой корпорации Валерий Фадеев, у ИП не всегда есть финансовые возможности для такого шага.

— Наши государственные деятели отрицательно относятся к торговле. Но ведь от нее идет первоначальное накопление капитала, — говорит Валерий Фадеев. — И многие, конечно, со временем, хотели бы стать средними предпринимателями или заняться производством. Но стоит вопрос, как накопить капитал и перейти в сферу производства в нынешних условиях. Где сейчас взять финансовые ресурсы, когда выдача кредитов ограничена?

Кроме того, предприниматели могут задуматься и над усовершенствованием бизнес-процессов. Например, над поиском более дешевых поставщиков и выгодных условий аренды. Но, как заявляют сами бизнесмены, за многие годы работы они и так «ужались», где только могли. Плюс ко всему, за последнее время количество ИП, в том числе и в торговле, значительно увеличилось. И предприниматели не рискуют производить даже малейшие манипуляции, чтобы не потерять свое место в уже достаточно стройно сформированной системе.

Возможно, и зря. Ведь вся страна сейчас находится в режиме ожидания. Не подходящее ли это время, чтобы проанализировать свой бизнес и что-то изменить в лучшую сторону?

 

Источник: BEL.BIZ

 

Read more...

Пелих: Ситуацию на валютном рынке стабилизируют "критический импорт" и ипотека

090423Курс белорусского рубля уже к лету нынешнего года может стабилизироваться. Такое мнение высказал профессор кафедры экономики предприятий Академии управления при Президенте Беларуси Сергей Пелих, комментируя ситуацию на валютном рынке Беларуси.

"Пока курс белорусского рубля снижается, - констатировал ученый. - Но в дальнейшем, когда закончится топливный сезон и мы станем меньше потреблять энергоносителей, когда получим российский кредит, сойдет автомобильный бум, курс стабилизируется".

"Нам не стоит паниковать, эта волна пройдет, и дежурства людей у обменников прекратятся, - сказал Сергей Пелих. - Но для того, чтобы остановить эту панику, нужно принять четкие, осязаемые, известные в мировой практике меры". И одной из таких мер, по мнению ученого, является введение понятия "критический импорт".

О критическом импорте как таковом мы говорим давно. Это товары, которые страна не производит, но они ей необходимы для полноценного социально-экономического развития. Ввоз таких товаров осуществляется без уплаты налога на добавленную стоимость. "Однако мы пока только говорим об этом, а официально, законодательно такого понятия у нас нет, - отметил собеседник. - В результате, и это показывает анализ внутреннего рынка, в Беларусь ввозятся такие товары, без которых мы можем совершенно благополучно прожить или произвести сами. Если мы введем понятие "критический импорт", платежный баланс сразу улучшится. И соответственно, положение на валютном рынке также изменится к лучшему".

Он привел пример наличия в одном из торговых центров Минска десяти видов консервированных огурцов, из которых только три были белорусского производства, остальные - импортные. "Неужели мы не можем обойтись без такого импорта, или у нас нет своих огурцов, чтобы их засолить", - задал риторический вопрос ученый. То же самое касается и ввоза других продовольственных и непродовольственных товаров, каких в достатке есть в республике и они конкурентоспособны по качеству с отечественными.

Безусловно, есть ряд товаров потребительского критического импорта, который Беларусь покупала и будет это делать в дальнейшем. Это некоторые виды продуктов питания, в том числе чай, кофе, пряности, цитрусовые и другие товары. Пусть присутствует и другой импорт для выбора покупателя. Но тогда на его ввоз нужно вводить стопроцентную пошлину, и на таких условиях он должен конкурировать с отечественным товаром. Сегодня это можно видеть на примере с дорогостоящей импортной алкогольной продукцией.

Сейчас для стабилизации валютного рынка необходимо сократить ввоз товаров некритического импорта, считает собеседник. При этом он подчеркнул, что такие меры не противоречат требованиям ВТО. "У нас нет достаточно валюты, поэтому мы принимаем решение не покупать определенные импортные товары. Это четкий аргумент, который сейчас должен работать", - сказал Сергей Пелих.

Он также высказал свое критическое мнение и о предположениях некоторых экспертов о том, что ситуацию на валютном рынке разрулит девальвация белорусского рубля. "Те предложения, которые поступают от некоторых экспертов, что нужно проводить девальвацию, беспочвенны, - отметил Сергей Пелих. - Нам надо не девальвировать, а ревальвировать национальную валюту". Стоимость белорусского рубля обеспечена товарами и услугами, поэтому нужно заняться тем, чтобы укреплять его, а не девальвировать. Ученый не согласен с тем, что белорусская национальная валюта переоценена, наоборот, она недооценена. Сергей Пелих предложил посмотреть на сайте МВФ данные, где отмечено, что одна тысяча белорусских рублей равна одному доллару по паритету покупательной способности. При этом он напомнил, что иностранная валюта тоже подвержена рискам. Годовой ВВП США составляет $11 трлн., в то время как "по миру ходит $50 трлн., которые напечатаны в Америке".

Ученый предложил больше использовать опыт Китая, с которым у Беларуси налажено хорошее сотрудничество. В Китае, кстати, также действует понятие "критический импорт" и соблюдаются все требования в этом отношении.

Сергей Пелих назвал еще один фактор, позволяющий стабилизировать валютный рынок. Это введение в Беларуси ипотеки. "У нас принято замечательное решение на Всебелорусском народном собрании о введении ипотеки в жилищном строительстве, - сказал он. - Если мы войдем в ипотеку, наша денежно-кредитная система очень сильно стабилизируется, укрепится наш рубль, улучшится платежный баланс, потому что внутренний платежный баланс пойдет не на потребление импортных товаров, а на строительство домов, оснащение их оборудованием, бытовой техникой. Это даст толчок развитию отечественной промышленности, а также денежно-кредитной сферы".

 

Источник: БЕЛТА

Read more...

Эксперт: Ни Нацбанк, ни Правительство не хотят быть ответственными

07-04-17Экономист Дмитрий Крук рассказал, что ожидает наши банки в будущем, и назвал пессимистические и оптимистические прогнозы для белорусской экономики.

Можно ли то, что сейчас происходит в стране (недостаток валюты в банках, паника и ажиотаж среди людей, которые забирают вклады, скупают золотые слитки и т.д.) назвать банковским кризисом?

Дмитрий Крук: То, что мы имеем сегодня, на мой взгляд, вряд ли можно назвать кризисом, но, к сожалению, вероятность настоящего кризиса существует. Настоящий кризис – это когда идет массовый отзыв депозитов, который сопровождается недоверием к банкам. Слава богу, до такой ситуации еще не дошло. Но предвестники банковского кризиса уже есть…

Сегодня я бы говорил о большом количестве негативных, тревожных сигналов, которые существуют для банковской системы, но непосредственно банковского кризиса, того, что в экономической практике называется “банковской паникой” пока еще можно избежать.

Что в этой ситуации надо делать банкам, чтобы минимизировать негативные последствия? И другая сторона – что бы вы посоветовали делать или не делать людям в таком положении?

Дмитрий Крук: К сожалению, от самих банков тут не так много зависит. Ситуация, которая сложилась, с одной стороны, это проявление невысокого доверия к национальной валюте, а с другой – к действиям регулятора.

Люди отзывают вклады, потому что есть опаски, что их валютные депозиты могут быть заморожены, ведь в стране не хватает валюты. Люди боятся, что в нашей стране просто не хватит валюты, а это то, за что, скорее, отвечает Национальный банк.

Я не возьмусь в данной ситуации советовать людям, что делать… Но если мы говорим о тех, у кого есть рублевые вклады, тут переживать больших оснований нет – рублевые вклады будут обслуживаться, я не думаю, что могут возникнуть проблемы по их выплате. Нацбанк всегда сможет стабилизировать рублевые вклады и насытить банковскую систему ликвидностью так, чтобы она отвечала по своим обязательствам в национальной валюте.

Большая угроза существует именно для валютных вкладов. Повторюсь, это уже зависит от тех действий, которые примет регулятор. С одной стороны – это может быть продолжение тех валютных ограничений, которые мы имеем. И как наибольшая опасность – какие-то ограничения по выплате валютных вкладов. Смотря, что выберет Национальный банк в качестве мер валютного регулирования.

Может ли в данном случае что-то решить 100%-ая гарантия возвращения вкладов? Или это просто популизм?

Дмитрий Крук: 100%-ое возвращение вкладов – это хорошая вещь, когда есть сомнения непосредственно насчет возможностей банковской системы обслуживать вклады. Это было эффективно в 2008-м году, когда у нас был внешний шок и негативные ощущения наших хозяйств были связаны больше с внешним фактором…

Сейчас эта проблема исключительно белорусская, поэтому есть определенные сомнения, что такой шаг актуален.

Насколько наш Нацбанк независим? Работает ли он сейчас в паре с правительством? Ведь кажется, что сегодня мы видим только как суетится Нацбанк, пытается что-то делать, при этом правительство остается встороне, его не слышно…

Дмитрий Крук: Последние 2-3 недели очевидна ситуация, когда Национальный банк и правительство занимают полностью разные позиции. Как мне это видится, идет спор о том, кто будет ответственным за те проблемы, которые возникли.

Если Нацбанк пойдет на ослабление национальной валюты, если будет отклонение от обязательств по обменному курсу, которые он взял на себя с начала года, то, безусловно, это будет дополнительный шок для банковской системы. И ответственным за этот шок будет Национальный банк.

Если этого не будет, и Нацбанк будет продолжать стоять на позиции, что одна девальвация проблем не решает (а тут я могу согласиться: девальвация действительно сама по себе много проблем не решит), — в таком случае за проблемы, которые возникают (сокращение ВВП, ограничение деятельности импортеров и т.д…), будет ответственно уже правительство.

В данный момент спор между правительством и Национальным банком в большой степени стал спором о том, кто будет отвечать за проблемы, которые возникли…

Если проблемы будут решать через обменный курс – ответственность на себя должен будет взять Нацбанк. Если это будет выражаться в снижении ВВП, снижении зарплат и других инструментах сокращения внутреннего спроса – ответственность придется взять на себя правительству.

Но никто, я так понимаю, на себя брать ответственность не хочет?

Дмитрий Крук: Да, каждый обосновывает свою позицию теми или иными аргументами. И те, и другие в известной степени будут правы. Национальный банк говорит о том, что одна девальвация страну не спасет. Безусловно – это так. Если сейчас провести 15-20% девальвацию, на какой-то период это стабилизирует ситуацию… Но вряд ли тот внешний дефицит, который мы имеем, будет решен только через механизм обменного курса. Через полгода или через год мы можем столкнуться с похожей ситуацией опять.

Концептуально через девальвацию проблема не решается. Поэтому с этой позиции Нацбанк будет прав… Если делать девальвацию, то должны использоваться и другие инструменты. А за другие инструменты ответственно уже правительство. Поэтому тут должна быть скоординированность в решении проблем, но мы, скорее, имеем ситуацию, когда каждая из сторон хочет перевести ответственность на другую.

Из того, что мы имеем сегодня, какие есть варианты развития событий? Какой оптимистический и пессимистический варианты того, что сейчас будет с банковским сектором?

Дмитрий Крук: Наиболее достоверный вариант, на мой взгляд, в большей степени является пессимистическим. Скорее всего, будут ждать кредита от России. И если мы получим один миллиард кредита от России и два миллиарда от ЕВРАЗЭС, а фактически, тоже от России, на какой-то период это стабилизирует валютный рынок. Где-то полгода - год, может даже больше, будем жить и делать вид, что проблемы не существует.

Но структурный дефицит никуда не исчезнет… Эту проблему мы просто отложим – увеличим свою внешнюю задолженность, а проблема в любой момент может возникнуть опять. То есть мы просто будем откладывать ситуацию каждый раз дальше на грядущее до того момента, когда наш внешний долг станет таким, что откладывать его станет просто невозможно.

Сколько это может продолжаться?

Дмитрий Крук: Это зависит от многих причин. Но на год-два-три проблему можно откладывать… Сейчас мы дождемся кредитов от России, скажем, что проблема решена, какие-то мелкие изменения в политике будут происходить… Но концептуальных изменений в структуре белорусской экономики не произойдет. Этот вариант я считаю наиболее вероятным. Но, на мой взгляд, – это один из самых пессимистических сценариев.

А какой сценарий мог бы быть оптимистическим?

Дмитрий Крук: Оптимистический вариант должен быть связан с серьезными реформами. Я даже не говорю о таких структурных реформах, как приватизация по ряду предприятий, пересмотр правил, по которым функционирует белорусская экономика… Во-первых, по меньшей мере, должно быть сокращение внутреннего спроса, мы искусственно разогрели внутренний спрос в предыдущем году… От этого надо отказываться. Соответственно, надо очень серьезно усилить монетарную политику, сократить рефинансирование банков.

Фактически, в нашем случае это означает, что нужно сворачивать те государственные программы, которые сегодня обслуживают госбанки (Белагропромбанк и Беларусбанк). Должна быть намного более жесткая фискальная политика, сокращение бюджетных расходов и балансирование бюджета. Для начала с помощью экономических инструментов необходимо нейтрализовать негативное внешнее сальдо.

Потом можно делать более концептуальные реформы. Есть ли к этому сценарию политическая воля? Положительно на этот вопрос пока ответить не могу.

Почему у нас такие высокие ставки по кредитам? Фактически, банки перекладывают риск на потребителя…

Дмитрий Крук: Во многом, это плата за то, что по значительному количеству кредитов ставки наоборот очень низкие (например, жилищные программы, которые были расширены в прошлом году, указ президента о льготном потребительском кредитовании, где под 10% можно взять кредиты на многие товары белорусского производства).

То есть значительное количество домашних хозяйств пользуется кредитами на льготной основе, которые дотирует государство. По другим рыночным кредитам банки действительно пытаются компенсировать те расходы, которые они имеют по льготным кредитам…

А теперь, когда монетарные органы власти поняли, что монетарную политику надо делать более жесткой, и когда предложение денег будет сокращаться, а банки все-таки должны обслуживать государственные программы, в этом случае процентные ставки по рыночным кредитам, скорее всего, продолжат расти. Не зря появилась рекомендация Нацбанка ограничивать рублевые кредиты и повышать процентные ставки.

Я бы сказал – это фактически расплата за то, что мы имели в прошлом году, когда многие кредиты можно было взять на очень хороших условиях по очень низким ставкам.

Насколько белорусских банков настоящие – отличаются от обычных европейских?

Дмитрий Крук: Самое значительное наше отличие – это то, что где-то около 40% всей кредитной задолженности – это кредиты по государственным программам. По оценке МВФ, на начало этого года таких кредитов было около 37-40% от всего кредитного портфеля. То есть где-то половина портфеля Белагропромбанка и Беларусбанка – искусственные кредиты, так называемые квазифискальные операции. Безусловно, это влияет на всю банковскую систему.

Если говорить о коммерческих банках, то тут я много отличий не вижу. Отличия есть разве что в степени развития. Так, как себя ведут, например, Приорбанк, БПС-банк – во многом похоже на те ступени развития, которые были в Польше, Чехии и т.д.

Но в то же время и Приорбанк, и БПС-банк, если мы их возьмем как образцы наиболее приближенные к европейскому стандарту банкинга, также страдают от потерь, которые мы имеем в результате искусственного кредитования через Беларусбанк и Белагропромбанк. То есть обслуживание государственных программ, несмотря на то, что эти банки не так активно в них участвуют, влияет и на частные банки.

На какой ступени развития мы сейчас находимся? Насколько мы полноценная страна в банковском плане – использование кредитных карточек и пр…?

Дмитрий Крук: Мы приближаемся к этому. Точно сказать, насколько мы отстаем или опережаем соседние страны (Польшу, Литву) сказать тяжело. Мы немного отстаем. Такая проблема есть, но значительных расхождений я не вижу. Мы идем в относительно верном направлении. Но те проблемы, которые есть, они скорее возникают из макроуровня, из тех задач, которые ставит государство перед банковской системой. Частные банки во многом действуют в соответствии с европейскими стандартами и принципами.

Да, мы можем видеть, что уровень развития финансовых услуг в Беларуси уступает польскому или латвийскому, но это довольно объективный процесс. Если в этот процесс не вмешиваться, мы довольно быстрыми темпами пойдем в верном направлении и будем развиваться в соответствии со стандартами других стран.

Можно сравнить темпы роста активов банковской системы. С одной стороны, эти темпы были слишком большими, но основной причиной очень быстрого роста (за прошедший год активы выросли примерно на 50%), была опять таки государственная программа “директивное кредитование”.

Поэтому, если резюмировать, позитивные тенденции есть – они связаны с большей конкуренцией на банковском рынке. Но есть негативные, связанные с влиянием макрополитики и стремлением органов регулирования сделать из банковской системы инструмент, который можно напрямую использовать для воздействия на всю экономику.

Нормально ли, когда в стране есть такой монстр, как Беларусбанк?

Это не большая проблема. Такое есть и в других странах. Концентрация активов банковской системы свойственна для многих стран. Из развитых стран мы можем взять, например, Англию. Там тоже есть несколько больших банков, доля которых составляет почти 60-70% от всей банковской системы.

Если говорить только по этому критерию, тут есть сходство с другими странами. Если же говорить о том, что “де-факто” делает “Беларусбанк” – это уже наша особенность. Вряд ли какой-то банк в других странах имеет такие привилегии от государства. Но само по себе то, что значительная часть рынка принадлежит двум банкам – не критично. Более критично то, каким образом это достигается, и какие последствия это имеет.

 

Автор: Наста Манцевич

Источник: euroradio.fm

Read more...

Миссия

Продвигать аналитику для информирования и выработки доказательной политики, адвокатировать развитие частного сектора.

Портал ЭКОНОМИКА.BY

О портале

For using special positions

http://ekonomika.by

For customize module in special position

http://ekonomika.by

Template Settings

Color

For each color, the params below will give default values
Blue Green Red Radian
Select menu
Google Font
Body Font-size
Body Font-family