wrapper

Новости - слайдер на главной

Пока существует некая видимость того, что население или не замечает, или соглашается с повышением тарифов, ростом цен и девальвацией белорусского рубля. Но при углублении  платежеспособного кризиса есть опасность того, что высокие инфляционные ожидания населения могут перерасти в высокое инфляционное раздражение.

 

В предыдущем нашем разговоре в центре внимания оказались  новые, заметно возросшие тарифы на услуги ЖКХ, тепло, электроэнергию, отчасти и сам механизм «перекрестного финансирования». Теперь же, как и было договорено, постараемся от тактики перейти к экономической стратегии, опять же сквозь призму сохранения уровня жизни населения Беларуси,  в целом – антикризисного регулирования экономики страны.

 Известно, что в любой стране национальный уровень оплаты труда непосредственно определяется стоимостью жизни, или стоимостью рабочей силы. 

Это – один из важнейших принципов функционирования национальной экономики. Точнее – объективный экономический закон.  Реализуется в цивилизованных странах на протяжении последних 2-3-х веков. Учитывается то, что на величину стоимости жизни влияют разные факторы, определяющие условия воспроизводства рабочей силы. В первую очередь – это климатические условия жизни, исторические и национальные традиции страны, стоимость содержания в семьях детей и стариков, интенсивность труда и др.

Так что вслед за повышением тарифов ЖКХ вполне резонно ставить вопрос о повышении заработной платы. Если вода и хлеб, электричество и общественный транспорт стали дороже, то и час труда  национального работника автоматически становится дороже.

 

А источники для повышения национального уровня оплаты труда есть?

Если не следовать «остаточному принципу», то такие источники всегда есть. Для начала следует перестать закапывать в землю, за счет бюджета, банков и внешних долгов,  бросовые инвестиции, компенсировать за счет бюджета тот экономический ущерб, который массово наносят нынешние придворные распорядители государственной собственности.

В течение последних 20 лет мы создавали ложную видимость того, что в Беларуси рабочая сила якобы дешевая. Это дезориентирует инвестиционные проекты, стимулирует ускоренную «утечку мозгов» за границу. Доля зарплаты, как пофакторного дохода, должна составлять в национальном доходе (или ВВП) не нынешние 30 – 40%, а 60 – 75%,  из расчета хотя бы 10 – 12  евро за час. Собственно, это и есть европейская норма. Тот, кто не способен на таком уровне оплаты организовать труд на государственном предприятии  – тот должен отойти в сторону.

 

То есть следует исходить из того, что в период кризиса жизненный уровень населения  не должен снижаться?

Абсолютно нет. В период экономического кризиса уровень потребления сектора домашних хозяйств снижается автоматически. Для этого есть много причин. Но должен включаться стабилизационный механизм уровня жизни, срабатывать так называемые «подушки безопасности».

Сейчас же, под воздействием предпринятых ценовых мероприятий будет иметь место снижение покупательной способности населения, а это в определенной мере затормозит выход экономики страны из кризиса. 

Поэтому, в пределах ближайших 2-3-х месяцев, по уже сложившейся белорусской традиции, вполне можно ожидать очередное повышение тарифной ставки первого разряда и минимальной заработной платы. В очередной раз уколемся «инфляционной иглой», начнем разгружать потребительские склады, и пойдем дальше, в обнимку с инфляцией  девальвацией.

Хотите пари?

Можно ли считать, что до этого в белорусском обществе была своеобразная «сделка по умолчанию» –  широкие социальные гарантии белорусского государства конвертировались на заниженный национальный уровень зарплаты?  

Соглашусь: до этого достаточно широкие социальные гарантии белорусского государства конвертировались на явно заниженный уровень зарплаты, пенсий. И многих это устраивало, особенно маргинальные слои населения.

Но, продвигая цены к мировому уровню, следует учитывать и то, что по уровню заработной платы Беларусь находится  в группе европейских аутсайдеров. Поэтому при проведении «реформы тарифов» нужно помнить о том, с каким электоратом имеешь дело, и на какие грабли можешь наступить.

 

«Реформа тарифов», да и девальвация, не могли не усилить и без того высокие инфляционные ожидания населения и бизнеса.

Пока существует некая видимость того, что население или не замечает, или соглашается с повышением тарифов, ростом цен и девальвацией белорусского рубля. Но при углублении  платежеспособного кризиса есть опасность того, что высокие инфляционные ожидания населения могут перерасти в высокое инфляционное раздражение.

В условиях гиперинфляции есть только одно достойное мероприятие – это подавление источников инфляции. Хотя инфляция – это скрытый налог на денежные доходы, а поэтому многих это устраивает.

 

Прогнозируемый рост цен на продовольствие, повышение цен на услуги ЖКХ, есть понижение уровня жизни населения. При чем, в тот период, когда снижаются не только реальные, но и номинальные доходы домашних хозяйств.

Конечно, в белорусском обществе есть и весьма состоятельные семьи. Обратите внимание на кавалькады дорогих машин,  и прочие пригородные навороты из домостроений.

Но расчеты указывают и на то, что 55-60% белорусских семей, оплачивая учебу детей в вузах, погашая жилищные кредиты, имея «неработающую маму» с ребенком на руках, располагают деньгами только на еду.

 

В данном аспекте нужно видеть крайне ограниченные финансовые возможности не просто населения, а особенно  лиц с фиксированными доходами: пенсионеров (2,4 млн. человек), студентов (0,5 млн. человек).

Возьмем того же студента. Сам помню: в советский период месячной стипендии (28 – 42 рубля) мне вполне хватало для оплаты в столовой примерно 56 обедов; сейчас – студенту хватит максимум на 10 – 12  обедов в дешевой столовой. Далее: вместо 20 – 30 книг студенту за месячную стипендию удастся выкупить лишь 1 – 3 книги. В моей студенческой группе стипендию не получал только самый ленивый.  Нынче же,  основная масса студентов, оплачивая учебу родительскими деньгами, и вовсе не получает стипендии.

 

Конечно, современное государство должно сокращать зону патернализма – или социальной заботы.  Но такая программа должна быть комплексной, а не только «ценовой».

Как ни странно, но в рыночной экономике смешанного типа мировая тенденция несколько иная – современное государство все более становится социальным. Если «социальное государство» сокращает патернализм, значит, избранная национальная экономическая  модель терпит банкротство. Хотя нет ничего проще, чем обанкротить именно социальное государство.

Тогда нужно вырабатывать более современные подходы к единству экономического и социального. Но любой социальный строй современного типа  обязан активно защищать тех, кто еще не может, и кто уже не может сам себя защитить. Но у социального государства в арсенале должны быть и особые подходы, обеспечивающие эффективную занятость населения.

Соединить «социальное» и «экономическое» в единую модель – это высший пилотаж. Исторически в Германии это удалось сделать лишь с пятой попытки. Вот оно –  «социальное рыночное хозяйство». Мы же заканчиваем лишь вторую, и стоим перед третьей попыткой…

 

При корректировке курса  в период кризисного сбоя мировая практика проста: замораживание заработной платы дополняется  замораживанием цен.

Таких корректировок накопилось много. И это – не самая лучшая. Следует деликатно балансировать два рынка – национальный рынок товаров и рынок труда. В жестком варианте росту цен всегда противостоит ежемесячная индексация зарплаты и фиксированных доходов населения. Это позволяет перераспределять инфляционные доходы в пользу лиц наемного труда. Собственно говоря, все это и предусмотрено «Трудовым Кодексом», другими законодательными актами Республики Беларусь.

В социальном государстве сокращение субсидий, да и экономический рост всегда дополняются повышением заработной платы «бюджетников» (в первую очередь это – учителя, врачи, пенсионеры). В целом социальное государство  должно выступать как образец найма работника, пример для сектора бизнеса. Если хотите – эталоном наемных отношений между трудом и капиталом.

Иначе «дешевый врач» – это не долеченный пациент; «дешевый учитель» – низкая креативность нации; «дешевый профессор» – «дешевый студент» и низкое качество человеческого капитала. Так формируется «порочный круг вечной нищеты» нации.

 

Означает ли отмена ценового регулирования на «социальные товары» то, что в ближайшее время нас ожидает спонтанное и резкое повышение розничных цен?

Сложный вопрос. И да, и нет. Спонтанное, или стихийное повышение – скорее всего да. Теперь меньше кабинетов придется обходить, согласовывая новую цену. Хотя, госконтроль за ценообразованием никто не отменял, и соответствующие структуры Министерства торговли никто не распускал.

Что касается параметров повышения цен. Обратимся к опыту прошлого 2015 года. Тогда  в полном объеме действовала система ценового регулирования.  В середине 2015 года Совмин и Нацбанк приняли совместную антиинфляционную программу действий. И что мы получили в итоге? При официальной инфляции в 12%  цены на многие товары продовольственной группы за год реально возросли на 20 – 40%. Так что не надо бояться отмены неэффективного бюрократического регулирования.  Приспособимся.

 

Какие факторы повышения цен могут, на ваш взгляд, вполне ожидаемо обнаружиться в текущем году?

Их много. Что касается ЖКХ – то еще далековато до заявленного покрытия населением 100% затрат ЖКХ. И теперь все будет зависеть от инфляции на исходные ресурсы, роста зарплаты в стране и в данной отрасли,  но главное – от социальной стабильности.  

В секторе продовольствия регулятор торговли пока успокаивает публику тем, что рынок насыщен товарами, а поэтому внутренние цены якобы особо не колыхнутся.

Но не все так просто бывает в условиях финансовой нестабильности, стагнации белорусской экономики и отсутствия ее равновесия с внешним миром.

При прогнозе инфляции в первую очередь нужно учитывать девальвацию обменного курса рубля, которой не видно предела. Негативный опыт, особенно с 2011 года, указывает на то, что обесценение белорусского рубля непосредственно предопределяет темпы инфляции. К примеру, обесценение рубля в 2 раза ожидаемо приведет к повышению цен внутреннего рынка, как минимум в 1,6 – 1,8 раза.

 

А другие и более материальные факторы роста цен?

На текущий момент следует учесть тот ценовой навес, который сложился за счет разницы между индексами роста цен производителей и потребительских цен.  

Настораживает уже сложившаяся олигополистистическая структура розничной торговли. Мы уже не один раз наблюдали поразительно синхронное повышение в разных городах и весях страны розничных цен на все виды продовольствия.

Но усыхает инвестиционный бум, а это уже некий фактор дефляции.

Так же фактором снижения цен (примерно на 10 – 30%) могло бы выступить падение цен на импортируемые сырье и энергоресурсы. Но девальвация белорусского рубля будет нейтрализовывать позитивное воздействие данного фактора.

Еще одна специфика белорусской монополизированной экономики состоит в том, что спад производства, сам по себе, всегда есть фактор углубления инфляции, принимающей облик стагфляции.

 

В итоге в таком «ценовом переделе» не может произойти столкновение разных отраслевых и региональных лобби, групп влияния, внутренних и внешних факторов?

Мировая практика свидетельствует о том, что гиперинфляция – это следствие двух исходных причин: нереформированной экономики и некомпетентного правительства.

Я думаю, лет через 5 – 10 мы будем смеяться над нынешними утверждениями чиновников о том, что инфляция есть фактор экономического роста. А пока нам остается лишь одно: избавляться от «вредной привычки» гулять по магазинам и буфетам.

 

Беседовала Яна Быковская 

Источник: ЭКОНОМИКА.BY

 

Похожие новости: 

Лемешевский: Наше будущее приближается быстрее, нежели хотелось

 

Tagged under
  • ,

Leave a comment

Миссия

Продвигать аналитику для информирования и выработки доказательной политики, адвокатировать развитие частного сектора.

Портал ЭКОНОМИКА.BY

О портале

For using special positions

http://ekonomika.by

For customize module in special position

http://ekonomika.by

Template Settings

Color

For each color, the params below will give default values
Blue Green Red Radian
Select menu
Google Font
Body Font-size
Body Font-family